Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама!

Все происходило так быстро, что я даже не сразу поняла, что он загородил меня собой.

— Отец! Ее нельзя убивать! Она темная жрица! Понимаешь?!

Герцог некоторое время молчал, переваривая услышанное.

— Ты в этом уверен?

— Она отправила душу из амулета в изнанку! На моих глазах!

— Н-да? — Герцог задумчиво, а потом с неудовольствием цыкнул. — Умеешь же ты озадачить, сын. — И, сощурившись, задумался.

Леонардо тем временем обратился к невзрачному:

— Я думал, ты служишь мне.

— Я всегда служил, служу и буду служить вашему отцу, — безэмоционально ответил тот.

— Конечно, — отмер герцог. — Лео, неужели ты думал, что я оставлю тебя без присмотра? Случилось такое однажды, и что? Ты появился с рабской клятвой, закрепленной самой изнанкой! Но ничего, я тебя от нее освободил, и все даже будет так, как вы с Виттором задумывали, но без Виттора, — усмехнулся герцог.

Я очень хотела видеть всю честную компанию, но Леонардо своей спиной загораживал обзор, что раздражало и одновременно дарило иллюзорное чувство защиты.

— Значит, жрица… — тем временем задумчиво произнес герцог и жестом приказал сыну отойти, чтобы видеть меня.

Как же в этот момент мне захотелось вскочить и вцепиться в отходящего Леонардо, чтобы он остался на месте и продолжал меня загораживать от этого монстра! Но усилием воли я сдержалась и лишь сильнее выпрямила спину и покрепче сцепила челюсти. Не хотелось выдать зубами дробь и показать этим гадам свой страх.

Арман стоял напряженный, сосредоточенный и злой настолько, что у него подрагивали ноздри, а губы побелели, так сильно он их сжал.

— Арман… — беззвучно произнесла я и на мгновение прикрыла глаза.

Хотелось одновременно кричать, плакать, что-то доказывать, забиться в угол и, тихо поскуливая, отгородиться ото всех, чтобы прийти в себя. Но ничего этого я не могла себе позволить.

Герцог тем временем оглядел меня с ног до головы, будто прикидывая: сгодится его сыну такая кобылка и не испортит ли она породу герцогов ан Бриер?

— Хорошо, изменим немного наш сценарий, — наконец произнес он.

— Ранил? — удивился Леонардо.

— Не переживай, небольшой порез у меня будет.