Красное на красном

 – Как вы стоите?! Где почтение, я вас спрашиваю? Где трепет? Где восторг?! Вы соображаете, кто перед вами?! Да мои предки у самого Франциска навоз разгребали! Да я… Да я вас! Повешу, расстреляю, сошлю на галеры… – Оскар остановился, набрал в грудь воздуха, собираясь продолжить начатую тираду, но не выдержал и рассмеялся.

Феншо-Тримейн вел затяжную необъявленную войну с начальником штаба Южной армии Леонардом Манриком, также отказавшимся покидать Варасту. Вообще-то в Тронко ожидали, что Проэмперадор заменит всех назначенных Ариго офицеров, но Ворон лишь пожал плечами и сказал, что старший брат королевы уже освободил армию от тех, кто помешает выиграть кампанию.

Совет Меча наделил Проэмперадора правом вытребовать в свое распоряжение любого военного, но Алва привез с собой лишь троих генералов и одного полковника. Не воспользовался он и возможностью усилить Южную армию свежими резервами. Феншо полагал это решение ошибкой. Несмотря на свою молодость, Оскар великолепно разбирался в стратегии и тактике, а его квартира была забита трактатами по военному искусству, что, впрочем, не мешало командующему авангардом шутить и дурачиться.

– Счастлив расстреляться и повеситься по приказанию великого Манрика! – лихо отбарабанил Ричард и тоже расхохотался.

Привычка Манрика грозить подчиненным всевозможными карами и его происхождение от беглого гоганского повара служили неистощимым источником шуток, которыми обменивались недолюбливающие «рыжего придурка» офицеры. Ричард полностью разделял их мнение о том, что Леонарда следует удавить, утопить и скормить степным ызаргам, но ызарги пробавлялись зарезанным скотом, а начальник штаба мотал жилы тем, до кого мог дотянуться, всеобщая неприязнь его даже не задевала.

Дик терпеть не мог гоганского выскочку и любил Феншо, прочее же начальство вызывало у юноши смешанные чувства.

Генерал от кавалерии, брат-близнец капитана личной королевской охраны и старший брат Арно Эмиль Савиньяк, – громко смеялся и был знаменит своей вспыльчивостью и любовными похождениями.

Савиньяки принадлежали к Людям Чести, но эта фамилия с первого дня приняла сторону Олларов, а сам Эмиль вместе с Алвой участвовал в подавлении восстания Окделла и был ярым поклонником талантов Ворона. Если б не эти обстоятельства, генерал стал бы одним из кумиров Ричарда, но есть вещи, перешагнуть через которые невозможно.