Красавец опекун

— Вы так думаете?

Сара догадывалась, что должно вот-вот случиться, и изо всех сил старалась заставить себя сопротивляться, но все же, стоило Дарси коснуться ее, она тут же бросилась в омут с головой, растворилась в забвении, освобождаясь от сдерживающих ее оков. Она знала, куда ведет этот путь, но ей было все равно.

Когда Дарси оторвался от ее губ и взял ее на руки, чтобы отнести на широкую, покрытую подушками скамью, стоящую у стены беседки, Сара отчаянно запротестовала, качая головой.

— Дарси, нет! — умоляла она срывающимся голосом.

 — Пожалуйста, Дарси, отпустите меня!

Ее слезы отрезвили его, как ничто другое, и он медленно и осторожно поставил ее на пол. Сара плакала горько и безутешно.

— Сара? — Дарси провел рукой по ее каштановым волосам.

Достав платочек, она пыталась унять потоки слез, отвернув от него лицо.

— Прошу вас, Дарси, уходите.

Дарси напрягся. Впервые в жизни ему хотелось обнять женщину лишь для того, чтобы успокоить. Желание заняться с Сарой любовью испарилось, стоило ему заметить, как она расстроена.

Догадавшись об овладевшем ею смятении, он вздохнул и, кратко поклонившись, удалился.

Сара вслушивалась в звук его шагов, постепенно стихающий в отдалении. Она оставалась в беседке до тех пор, пока не выплакала все слезы. Снова надев маску, чтобы хотя бы частично скрыть лицо, она отправилась обратно в бальный зал сообщить своим сестрам и мисс Кроубридж об успешном выполнении их плана.

Хьюго еще раз обвел глазами комнату, выискивая в разноцветном море гостей Арабеллу, но ее розового домино нигде не было видно.

Это обстоятельство его сильно рассердило. Девушка напропалую флиртовала с незнакомым мужчиной! Она, возможно, и догадывалась, что именно он скрывается под маской, но наверняка знать не могла. Она оказалась всего-навсего бессердечной кокеткой! А он-то беспокоился, что она по непонятной причине намерена вступить в брак без любви! Вот ведь негодница! И где теперь ее искать?

Почувствовав прикосновение чьей-то маленькой ручки, Хьюго едва не подскочил на месте.

Однако, вопреки ожиданиям, это была вовсе не Арабелла, но леди в коричневом домино и с плотно сидящей на лице коричневой маской.

— Приветствую вас, добрый господин. Вы кажетесь мне таким одиноким.

Хьюго заморгал. У незнакомки был отчетливый среднеевропейский акцент и соблазнительный низкий голос.

— Я совсем одна, — со вздохом пожаловалась леди в коричневом.