Красавец опекун

Любимым цветом Арабеллы был розовый, но ведь это очень популярный цвет, разве нет? Черт подери, ну где же она? Испустив протяжный мучительный вздох, Хьюго встал с кресла и, проклиная всех женщин на свете, направился к выходу, намереваясь поехать в «Уайте» и провести там остаток ночи. Так будет гораздо безопаснее.

Глава 11

Вернувшись в бальный зал вместе с Каролиной, Макс вдруг понял, что не может дольше здесь оставаться. У него разболелась голова. Несмотря на все опасения, его подопечные вели себя безукоризненно, и он решил, что может со спокойной совестью покинуть Пенбрайт-Хаус.

Однако час был еще ранний, и после интерлюдии с Каролиной он точно не смог бы спокойно уснуть, поэтому, извинившись перед ней и тетушкой, он отправился на поиски развлечений иного рода.

Макс так и не нашел замену Кармелите. Теперь в этом не было никакого смысла. Он сомневался, что сможет снова поддерживать отношения с подобными женщинами. Герцог усмехнулся про себя, но тут же поморщился. Прямо сейчас ему определенно требовалось женское общество.

Что ж, придется отправиться в один из клубов — возможно, игра в кости поможет ему отвлечься.

Его экипаж почти доехал до Делмер-Хаус, когда Макс, внезапно передумав, велел кучеру везти себя в уединенный дом на Болсовер-стрит. Отослав экипаж обратно к особняку Пенбрайтов, он вступил под своды недавно открывшегося игорного дома. Как и следовало ожидать, двери этого заведения с готовностью распахнулись перед его светлостью герцогом Твайфордом, что не могло не вызвать на его лице сардоническую усмешку.

Однако игра оказалась довольно увлекательной, а напитки — разнообразными и к тому же хорошего качества. Этот игорный дом обещал стать одним из наимоднейших заведений своего рода, и, разумеется, в нем имелись и женщины. Некоторые играли за покрытыми зеленым сукном столами, другие просто сопровождали своих любовников. Макс поймал на себе заинтересованные взгляды нескольких пар женских глаз, что очень его позабавило. В толпе Макс заметил нескольких беглецов с бала Пенбрайт-Хаус, в том числе и Дарси Гамильтона.

Подпирая плечом стену, Дарси наблюдал за игрой в кости. Он окинул Макса хмурым взглядом:

— Я заметил, что ты со своей старшей подопечной удалился из бального зала и долго отсутствовал. Уж не гравюрами ли вы любовались в одной из комнат второго этажа?

Макс усмехнулся:

— Верно, мы были наверху. Но любовался я вовсе не гравюрами.

Дарси рассмеялся.

— Иди ты к черту, Макс, — произнес он, снова обретя дар речи.