Красавица и чудовище

Почувствовав ее приближение, Алекс обернулся. Что-то незримое изменилось в ее глазах, хрупкое доверие и призрачная надежда искрились в них. Он не мог пошевелиться, словно под гипнозом следил за ней и не вмешивался. Лиза подошла совсем близко и остановилась в нерешительности.

– Как же ты похож на него… – срывающимся от волнения голосом произнесла она и нежно коснулась его лица. – Такие же глаза… – плавно провела по векам пальцами. – Такие же губы… – осторожно очертила контур.

Алекс забыл, как дышать. От легких, невинных касаний сердце зашлось в отчаянном волнении.

– Поцелуй меня, – судорожно всхлипнув, попросила она и потянулась к нему. Знала, что поцелуй даст ей ответы на все вопросы.

Алекс растерялся, не был готов к такому испытанию. Не знал, что ему делать. Да просто боялся не справиться с собой.

Нежно коснулся губ и пропал. Мир перестал существовать, осталась только она – единственная, любимая и желанная до дрожи. Он бережно ласкал ее губы, но не проникал глубже, словно пробовал на вкус, продлевая наслаждение. Балансировал на краю пропасти, никак не решаясь прыгнуть в бездну чувств.

Шумный вдох нетерпения вырвался из груди Лизы, и она прильнула к нему всем телом, обвив шею руками.

– Нет, – хрипло прошептал Алекс, разбивая ее надежды вдребезги. С большим трудом нашел в себе силы прервать эту сладкую пытку и отстранился, жадно скользя взглядом по совершенным чертам лица.

– Ты не хочешь меня? Я так сильно изменилась?.. – Отчаяние сквозило в ее голосе, в каждом слове отчетливо слышались боль и страх. Алекс не понял подвоха, но и унизить ее не смог, вместо этого взял за запястье и прижал ладонь к своему паху, чтобы продемонстрировать силу желания.

– Тогда почему? – Лиза нервно сглотнула и подняла на него глаза. Мозг давно отключился, она руководствовалась исключительно чувствами, не думая о последствиях, не помня обиды.

– Я не он… не хочу, чтобы ты завтра жалела об этом. – Алекс сам не верил в то, что говорил. Мог воспользоваться ее состоянием и подарить себе жаркую ночь в объятиях желанной женщины, но не хотел поступать так с ней.