Когда ты вернешься ко мне

На несколько ужасающих секунд я подумал, что потерял его. Я не мог до него докричаться. Прилив отталкивал меня, не подпуская ближе. Но вдруг Холден снова поднялся и спокойно замер на месте, вот только все его тело сотрясала крупная дрожь. Я сократил расстояние между нами, протянул руку и схватил его за плечо, чтобы повернуть лицом к себе.

– Холден… – прерывающимся голосом произнес я. – Что ты делаешь?

– То, что они говорили, – ответил он. Его лицо было бледным, на посиневших и дрожащих губах застыла пугающая, печальная улыбка.

Сдавленный крик вырвался из моего горла, и я притянул его к себе, крепко прижимая к груди. Его руки повисли по бокам, и он обмяк. По моим щекам покатились горячие слезы и закапали на холодную кожу его шеи.

– Прости, – прошептал я. – Мне так жаль.

Холден помотал головой у меня на плече.

– Не за что извиняться. Я так всегда. Это все, что я умею делать.

Я отстранился и обхватил его лицо обеими руками.

– Послушай меня. Я собираюсь рассказать им. Моему отцу и… всем остальным. Я не поеду в Алабаму. И не собираюсь играть в футбол. – Я сглотнул. – Я тебя не оставлю. Не хочу тебя бросать. И не смогу.

Холден поморщился и покачал головой.

– Нет. Не говори так. Пожалуйста… не надо.

– Буду говорить, – возразил я, перекрикивая океан, чтобы быть услышанным. Чтобы он услышал меня и поверил. – Я должен был сказать это давным-давно.

– Ривер… ты этого не хочешь. Я же гребаный псих. Я…

– А кто нет? Некоторые люди просто лучше это скрывают.

Холден покачал головой, его слезы потекли по щекам и скатились на мои пальцы.

– Не нужно от всего отказываться.

– Я отказываюсь от этого ради себя. Потому что больше не могу так жить. Но и ради тебя тоже. – Я улыбнулся сквозь слезы. – Ты настоящая заноза в заднице, в курсе? Но, мать твою, выяснилось, что я жить без тебя не могу, Холден уставился на меня. Надежда, пытавшаяся укорениться в его глазах, разбила мне сердце. Он поднял руку и накрыл мои ладони, как будто боясь держаться слишком крепко.

– Это все реально? – спросил он.