Когда ты вернешься ко мне

– Эй, – окликнул меня Ривер возле дверцы машины, видя мрачные мысли в моих глазах. – Не делай этого. Что бы ни случилось… мы будем проживать день за днем. И со всем справимся, хорошо?

Я кивнул и забрался в салон, намочив испорченной одеждой сиденье и засыпав песком весь пол. Ривер сел за руль и включил обогреватель на полную мощность. Меня обдало теплым воздухом, и Ривер выехал на извилистую, темную дорогу, чтобы отвезти нас домой.

Тепло от печки медленно проникало сквозь промокшую одежду, а погружение в океан меня отрезвило.

Может быть, это реально. Может быть, у меня будет другая жизнь. С ним…

Я медленно, нерешительно протянул руку и сжал его ладонь, теплую, сильную. Ривер повернулся ко мне и переплел наши пальцы, его улыбка стала шире. На меня еще никто никогда так не смотрел, как он в тот момент, и внезапно затопившее меня тепло не имело ничего общего с обогревателем автомобиля.

Любовь. Это любовь. Я влюбился в него.

Я с трудом сглотнул, и заветные слова сорвались с моих губ впервые в жизни.

– Ривер, я… – В десяти ярдах впереди на дороге мелькнула темная фигура. – Осторожно!

Ривер отпустил мою руку и вцепился в руль.

– Вот черт, – вырвалось у него, он ударил по тормозам, резко свернув вправо.

Я увидел глаза оленя, большие и черные, а затем автомобиль слетел с обочины и завертелся. Мой мир болезненно накренился. Перевернулся вверх дном. Звуки бьющегося стекла, скрежещущего металла и гул собственной крови ревели у меня в ушах.

Машина зависла на мгновение, длившееся целую вечность, а затем рухнула на все четыре колеса. Удар эхом отозвался в черепе.

Тишина. Единственным звуком был лязг оседающего корпуса автомобиля и шум моего дыхания. Я ждал, когда нахлынет боль, но шок заключил меня в защитный кокон, а алкоголь сделал вялым и расслабленным.

Я медленно повернул голову, и еще один мучительный звук, рожденный в самом сердце, сорвался с моих губ. Ривер наклонился вперед, удерживаемый ремнем безопасности.