Камаэль (СИ)

Обмен состоялся, и рыжий мальчишка теперь сиял, как маленькое солнце, даже обнял Льюиса, который бережно надел на мизинец кольцо, почти забытое, потёртое и поблекшее. От подобного проявления чувств он невольно вздрогнул, неуверенно погладил шелковистые, встрёпанные волосы, а затем отправился вместе с мальчишкой в лагерь. К тому моменту Аэлирн и охотники вернулись, а потому Льюис немедленно направился к мужу, находу стягивая с себя его плащ:

- Я должен немедленно отправляться, Аэлирн. У меня есть кольцо Лаирендила, и я доберусь до него быстрее один.

- Что? Ты совсем рехнулся? - прошипел Павший, отводя мужа подальше и стараясь не привлекать много внимания. - Это опасно даже для тебя.

- Сейчас я должен думать о других, а не о себе. Если это приблизит наше воссоединение с Виктором, если это приблизит смерть Джинджера, я готов снова умереть и взломать этот мир. - С жаром проговорил Король, не понимая, как сверкают теперь светом его глаза, как искрится его аура, только начавшая покрываться тьмой.

- Ну хорошо, - через некоторое время проговорил Павший, тут же обнимая мужа и жарко приникая к его губам, вынуждая ответить на поцелуй, не желая отпускать без него. И к его удивлению Король отозвался сразу же, запуская пальцы в его светлые волосы, прижимаясь так тесно, что теперь жарко стало даже Аэлирну, но он был вынужден отпустить возлюбленного.

"Кивнув, Король отошёл от него и снял с пальца отданное мальчиком кольцо, осторожно зажал его меж губ, прикрыл глаза. Некоторое время ничего не происходило. А затем тело мужчины принялось стремительно меняться, уменьшаться, покрываться чёрными перьями, и вскоре ворон уселся на плечо Аэлирну, сдавленно каркнул, и Павший подставил ладонь, принял кольцо, затем осторожно надел его на лапу птицы.

У южного склона гор, тянущихся до самого моря, лес был особенно дремучим и опасным - твари шныряли и тут, и там, отблеск их глаз в душной, влажной мгле зачастую был последним, что могли увидеть заплутавшие путники. А могли и не увидеть вовсе, ощутив лишь боль в спине. Именно это место выбрали остатки Светлых, защищаясь от нападений своих свирепых мрачных братьев.