Игры мажоров. \

Даже сейчас мороз по коже идет, как вспомню. А если он не виноват, то представляю, как ему было с этим жить.

Непроизвольно делаю короткий взмах рукой и быстро иду к машине.

Глава 24.1

Маша

«Мам, я к Альке», — пишу в мессенджере. Совесть мучает и грызет. Если бы не Никита, я ни за что не стала бы обманывать маму.

Но если я скажу, что мы с Топольским идем выбирать мне платье на бал, она точно меня никуда не отпустит.

— Аль, прикроешь? — звоню подруге.

— Снова с этим мажором встречаешься? С Топольским? — как наяву вижу недовольное лицо и поджатые губы.

— Аль, ну ты же сама знаешь…

— Знаю, — резко говорит Алина, — и все вижу. Ты как с этими мажорами связалась, совсем меня забросила. Я тебе только как ширма нужна, чтобы с Топольским мутить.

— Я не связалась ни с кем, Аля, — пытаюсь оправдаться, — я только с Никитой...

— Да? А Ленка Светлая? Ты с ней вчера после школы по центру шарилась, я вас из окна автобуса видела."

"— Мы случайно встретились с Леной, я с математики шла.

— Ты могла бы вообще отказаться от бала, — упрямо продолжает подруга, но она права насчет того, что мы стали меньше общаться. Я это признаю, и мне очень стыдно и жалко.

— Я ценю нашу дружбу, Аля, — пробую оправдаться, — но я реально не вывожу. Я обещала маме, что не съеду по учебе.

— Так брось его! — заявляет Алина. — Или ты не знаешь этих мажоров? Они попользуются тобой и выбросят.

— Кто попользуется? — спрашиваю шокировано. — Ты о чем, Аля?

— Да Топольский твой. Или Димка Ляшко. Что они вообще в тебе нашли? — из динамика телефона сочится настоящий яд. Я даже отодвигаю его от уха. — Я молчу про Каменского с Голиком! Ходят за тобой, как привязанные.

— А Севка с Максом причем? — все еще не могу отойти от шока.

И тут меня осеняет.

— Аля, ты что, завидуешь?

— Нет, не завидую, — чеканит она, — было бы чему. Большая радость быть одноразовой хотелкой мажора! Но мне противно, что ты прикидываешься такой беззащитной няшечкой, даже я на это повелась! А на деле ты продуманная и хитрая дрянь.

— Я тебя поняла, — говорю, с трудом сдерживая слезы. — Извини, что позвонила. Больше я тебя не побеспокою.