Я тебя отпускаю

Рина презрительно хмыкнула: «Совсем ты расклеилась, мать!»

Она глянула в окно – поднялся ветер, и ветви яблони пару раз ткнулись в окно горницы. Раздался стук в дверь. Валентина! Конечно, она. Ей неловко – Мишка ждет и наверняка выступает. «И правда, некрасиво себя веду, как ребенок», – подумала Рина.

Дверь открылась, и действительно заглянула перепуганная Валентина.

– Иришка, – растерянно забормотала она. – Там это… Какая-то машина, Ир, большая такая, синяя. К тебе, наверное? А?

Рина резко встала с кровати.

– Машина? – переспросила она.

– Ну не ко мне же, Ир! Откуда ко мне-то?

Рина кивнула и выскочила из горницы.

Прислонившись к капоту своего «Ситроена», заплетя ногу за ногу, в «косу», как говорила Рина, стоял милый друг Эдик. Увидев Рину, он встрепенулся, бросил только что закуренную сигарету и, чуть замешкавшись, глянув на нее с испугом, медленно пошел к калитке.

Рина стояла как столб.

Эдик подошел к калитке, жалобными, «собачьими» глазами посмотрел на Рину, покраснел и промямлил:

– Добрый день, Рина Александровна. А меня тут за вами… послали. Сам Н., между прочим. Короче, тема такая: «Привезти сегодня же и без никаких разговоров».

Рина молчала. Горло перехватило пронзительным холодом, так, что стало трудно дышать.

Эдик поднял на нее свои несчастные «коровьи» глаза и испуганно заморгал длиннющими девичьими ресницами.

– А мне что делать-то, а, Рина Александровна? Я человек маленький.

– Прямо так и сказал? – чуть справившись с собой, усмехнулась Рина. – Да, башка – это серьезно. Куда ж без башки? Даже без такой, как твоя, верно?

Ничего не понимая, бедный Эдик снова кивнул."

"Рина громко вздохнула:

– Эх… Жалко мне тебя! Ты же знаешь, я жалостливая!

Не зная, как реагировать и чего ожидать от строптивой начальницы, несчастный громко сглотнул и снова захлопал густыми ресницами.

– Ну-у… – протянула она, – значит, придется вернуться, а? Во имя спасения, так сказать, человечества.

Сердце колотилось как бешеное. Не дай бог, услышат окружающие! Она вздрогнула, растерянно посмотрела по сторонам и быстро добавила:

– Я сейчас! Только сумку возьму!

Эдик, не веря своему счастью, кивал, как китайский болванчик.