Это не сон

Так что в один прекрасный день, когда Тео тихонько разговаривал со своей обезьянкой, я появилась в дверях и задала игрушке вопрос:

– Обезьянка, ты не знаешь, может быть, Тео хочет пить?

К моему изумлению, Тео выдержал паузу, наклонил набок голову, а потом прошептал на ухо игрушке:

– Тео говорит – да, пожалуйста. Апельсиновый сок.

И я стояла в дверях, пытаясь выглядеть спокойной, в то время как меня охватило чувство глубочайшего осознания того, что я сделала и как это отразится на нашем будущем.

И что Тео станет моим вторым ребенком…

* * *С того самого дня все развивалось медленно, но верно. Постепенно Тео стал говорить со мной не только с помощью игрушки, но и напрямую. А потом через меня заговорил с Хелен и опять с Беном. Наблюдать за этим было одновременно и грустно, и удивительно – казалось, что мы играем в испорченный телефон, чтобы вернуть Тео в наш мир.

Мы так и не знаем, что ему пришлось пережить с Эммой. На что она действительно была способна.

Шли даже разговоры об эксгумации тела Клэр во Франции. Эвелин, сиделка, была уверена, что ее смерть была на совести Эммы. Но в конце концов эти разговоры прекратились. Я тогда здорово разозлилась. Денег не было, следователя не было, и, что самое страшное, это никого не волновало. Но некоторые бумаги, переданные матерью Эммы юристам, подтверждали худшее опасение Патрика: Эмма была социопатом[99].

В полном смысле этого слова.

Бесконечные отчеты частных врачей, наблюдавших за Эммой в детстве. И во всех один и тот же вердикт: полное отсутствие моральных обязательств.

Вы можете себе такое представить? Ни малейшего приступа совести… за всю жизнь! А если коротко, то полное отсутствие способности любить или заботиться о ком-нибудь, кроме себя.

На эту тему написаны горы статей и книг… «Социопат рядом с вами». Я выяснила, что их не так уж мало.

Я беспокоилась, что это может передаться по наследству, но Патрик посоветовал мне «заткнуться». Тео – самый добрый и нежный ребенок на свете.

«Расскажи мне о моей другой маме», – иногда просит он. Тео, слава богу, был тогда слишком мал, чтобы запомнить все те ужасы. И поэтому для него я создала другую версию Эммы.