Эта больная любовь

Я громко задыхаюсь, так как другая грудь почти сразу же жаждет такой же пытки.

— Она бросила вызов институту. Пробиралась в щели, чтобы укрепить свое место среди вас, но только для того, чтобы разрушить вас изнутри.

Шея Сэйнта напрягается, когда он по команде Эроу шлепает меня по груди. Я вскрикиваю, и звук эхом разносится по комнате. Его брови опускаются, и он тяжело дышит через ноздри, прежде чем безумие захватывает его, и он сжимает мою грудь в своей ладони. Наклонившись, он берет меня в рот."

"Эроу наблюдает за ним с бешеным выражением лица.

Сэйнт вгрызается зубами в мою мягкую плоть, а его язык впивается в мой сосок, дразня меня болью.

— Твой отец лгал общественности, чтобы защитить тебя. Он лгал обо мне. Мое предназначение всегда заключалось в том, чтобы пролить свет на тьму.

При этих словах Сэйнт настораживает уши, а его лицо стекленеет, как у человека, находящегося в трансе. Любимое пятно.

— Выеби из нее шлюху. Покажи ей, что она не может победить. Возьми ее удовольствие и уничтожь ее, обмазав ее Господом. Внуши ей Святой Дух своим телом, — методично бормочет Эроу, обращаясь прямо к разуму человека, обученного искуплению.

Гнев проникает в доброту, которой когда-то обладал Сэйнт, когда он впитывает слова человека, сломленного грехами, которые совершают люди, наделенные властью.

Я молча задыхаюсь от разительной разницы. Никогда не видела ничего подобного. Он большой и по размеру, и по длине, как и Эроу, но не обрезан в то время как у Эроу он обрезан и проколот, а драгоценности украшают его, как корону короля, Сэйнт явно не обрезан, как и все остальные мужчины нашей веры.

Эроу ударяет пистолетом по своему виску, прикладывает его ко лбу, его лицо напряжено и искажено болью в попытке успокоить свой бушующий разум, а затем направляет пистолет на затылок Сэйнта. Он смотрит на парня огненным взглядом, намереваясь покончить с ним быстрым нажатием на курок, взяв дело в свои руки.