Его чужая семья

О чём думает? Непонятно.

Кивает сама себе и делает уверенный шаг вперёд.

Ну, точно, не от мира сего.

Но меня больше не странность подчинённой смущает, а моё к этому всему отношение. Вместо того, чтобы поставить девушку на место, я с интересом наблюдаю за ней и жду, что будет дальше.

– Присаживайтесь, Ксения, присаживайтесь, – провожу рукой по подбородку.

Опять смотрит. Откровенно изучает моё лицо.

Нет, я далеко не нарцисс, но цену себе знаю. И о том, какой эффект произвожу на женщин, прекрасно осведомлён. Однако так откровенно пялиться на меня может себе позволить только Круглова.

Короче, вывод напрашивается сам собой: не такая эта Одинцова скромница, какой хочет казаться.

– Ксения, у меня есть к вам предложение, – обращаюсь к девушке.

Не слышит. Смотрит на меня, но мыслями витает где-то далеко.

– Ксения! – повышаю голос.

Вздрагивает всем своим хрупким телом от неожиданности, извиняется, заикаясь.

Не жду, когда эта блаженная будет готова к продуктивному разговору, выкладываю своё предложение.

Теперь моя очередь пришла разглядывать девушку.

В принципе, обычная. Невысокая, худенькая, волосы светлые, глаза тёмные.

Таких на улицах города сотни, возможно тысячи.

Но что-то в ней есть такое… Какая-то загадка, как бы глупо и пафосно это не звучало. Недаром же она так странно ведёт себя.

За время, пока вёл бизнес друга, научился разбираться в людях. И в данном случае интуиция подсказывает, что проблемы у Ксении не такие, как может показаться на первый взгляд.

Современные женщины чего хотят? Замуж и денег.

И Одинцова скорее всего ничем не отличается от остальных, но если присмотреться…

А мне почему-то очень хочется присмотреться к ней.

– Так что, Ксения Васильевна? – подталкиваю её к решению скорее.

Буквально прожигаю взглядом нежную светлую кожу. И что самое главное, Одинцова чувствует и понимает, как я на неё смотрю.

– Мне надо подумать, – изрекает сухо.

Пытается казаться холодной и чёрствой, но я-то вижу, как непросто ей это даётся.

– Серьёзно? – не могу сдержать усмешку.

Я уже говорил, что она забавная?

Думать собралась, как бы не так!"

"– Вы бы, Егор Михайлович, сразу уточняли, что отказов не принимаете, – бросает дерзко.

– Не принимаю, – улыбаюсь, довольный тем, что девушка, наконец, начинает понимать правила игры.

В очередной раз скольжу взглядом по её невинному лицу, хрупким плечам.

Нет, я не озабоченный, но сейчас меня раздражает эта медицинская форма. Девушка в неё, словно в скафандр, запечатана. Ничего не разглядеть.