Дурман

Такие родные, Боже! И настолько незнакомые друг другу, как выяснилось вдруг.

— Не в имени дело. В нутре. И суть ты знала всегда. Так в чем претензии, Танечка? — вновь надавил на ее затылок, теперь заставляя открыть глаза. — Любишь же меня?

Его пальцы сжались. Впились в ее кожу.

Она сдалась, открыв веки. Посмотрела в его глаза.

— Люблю, — прошептала хрипло.

Захват ослаб. И показалось, что Виталий выдохнул. Притянул ее еще ближе. Обнял своей жадной хваткой. У Тани не было сил противиться.

— Только, оказалось, что сама не знаю, кого именно…

Виталий принял этот удар.

— Все. Хватит. Пошли. Спать пора, — не отвечая на выпад, велел Виталий.

И ясно было, что не собирается больше ничего ни обсуждать, ни объяснять.

Как?! Как можно спать сейчас?! Он, вообще, в реальном мире находится? Или у него реальность другая? Или это Таня не такая какая-то, что ее трясет и мир по кусочкам разваливается?!

Тане хотелось эти вопросы прокричать, только сил не было.

Едва ноги переставляла. Но Виталия это не остановило. Наверное, и на плече дотащил бы до спальни, замри Таня снова.

В комнате свет не горел. Наверное, как и сама Таня, Виталий, проснувшись, шел по памяти в темноте. Искал ее. Сейчас же, как только вошли, настойчиво подтолкнул ее к постели.

Виталий замер за ее спиной, в двух шагах, видимо, не собираясь оставлять Тане поле для маневра.

Пыталась как-то прийти в себя, собраться с мыслями. Но ничего не получалось. Сумбур в голове. В душе — как самосвалом прошлись. Все перевернуто, сметено, разворочено.

Простояли так минут пять, наверное. А потом она почувствовала, как впритык приблизился. Опустил ей подбородок на плечо. Обнял со спины руками.

— Таня, — позвал ее тихо, в самое ухо.

И дрожь по спине от его шепота, от тепла дыхания Виталия.

Любит? Любит…

Как можно любить того, о ком не знаешь ничего? Кто врал тебе каждую минуту?

— Почему, Виталь? Почему ты мне не сказал? — всхлипнула.

Глупый вопрос. Такой же, как все ее вопросы и поступки этой ночью.