Дорога домой или Цена престола

— Это наши внутренние дела, — отрезал он.

Сам начал, а теперь же испугался последствий, как это похоже на Галиса. Губы Гэбриэла тронула улыбка.

— Что ж, — любезно согласился он и, убедившись, что полностью завладел вниманием Эмира и Эрилин, продолжил: — могу рассказать сам. Достопочтенный Галис Лорн два года назад заявил, что у него есть последнее желание его отца, изложенное в письменной форме, в котором говорится о том, что он собирался оставить ему трон, но не успел объявить во всеуслышание.

— Это был отличный план, — процедил Галис сквозь зубы.

Гэбриэл приподнял бровь в притворном изумлении.

— Отличный план провала, ты хотел сказать? — он снова обратился к брату с сестрой. — Он тряс этим листком на каждом углу, демонстрировал народу через трансляцию магических зеркал и, должен признать, заронил сомнение в головы саранцев. Часть людей, поддерживающих законного наследника, немедленно переметнулась на его сторону.

— И тут появился ты.

Гэбриэл отвесил ему издевательский поклон.

— И тут появился я, — подтвердил он.

— Меня нанял Галим Лорн и заказал выкрасть так называемое письмо его отца, которое Галис так усердно прятал. И я его выкрал, принес нанимателю, и его маги тут же выяснили, что это подделка, дорогая качественная подстава, созданная одним из его волшебников. Должен признать, печать и подпись были подделаны весьма тщательно, но из-за того, что прошло слишком мало времени, от письма веяло свежей магией так сильно, что вопросов не осталось. И тогда большая часть его сподвижников тут же встала на сторону оппозиции. Конец истории."

"Теперь у Галиса разве что дым из ушей не вылил.

— Не конец, а начало. Если бы ты не вмешался, все кончилось бы быстро и мирно, а не перешло в настоящую войну.

Гэбриэл сделал шаг в сторону стола, маг тут же поднял руку, напоминая, что он все еще здесь и не позволит пленнику делать глупости. Гэбриэл кивнул ему в знак того, что понял, ему и не требовалось подходить ближе, он мог раздавить Галиса и его самомнение на расстоянии.

— Если ты хочешь стряхнуть со своих плеч трупы и повесить их на меня, то не стоит, — опасным тоном произнес он. — С меня хватит своих призраков, разбирайся со своими сам.

Глаза Галиса забегали, он втянул голову в плечи.

— Хочешь сказать, что я сам во всем виноват? — жалко спросил он.

Гэбриэл скривился.

— Ну, надо же, мы достигли взаимопонимания.

— Довольно! — Галис снова стукнул кулаком по столу, переходя из позиции жертвы в нападение.