Дорога домой или Цена престола

Принцесса повисла на шее брата, и они вместе плюхнулись обратно на стул.

Воссоединение семьи могло бы вызвать слезу у самого искушенного зрителя, если бы Эмир хоть немного разделял радость, исходящую от Эрилин. Когда она бросилась к нему, он неловко обнял ее и постарался поскорее отстранить от себя. Не хочет выставлять чувства напоказ или правда не рад?

Впрочем, на этот вопрос можно будет получить ответ позже, сейчас важнее было другое. Галис не сводил с Гэбриэла победно блестящих глаз, словно получил самый щедрый подарок, на который только смел рассчитывать.

— Хортон, — сверкнул он зубами. — Хортон! Вот это сюрприз!

Ничего хорошего его радость не предвещала, Гэбриэл знал этого человека достаточно хорошо, чтобы это понять.

Он позволил себя расслабиться в последние дни, за время совместного путешествия с Эрилин и Джофом, меньше притворялся, чаще был самим собой, позволяя себе открыто показывать раздражение, а перед принцессой даже слабость. Сейчас же... Гэбриэл внимательно вглядывался в лицо Галиса Лорна, вот уж человек, которому точно не стоит демонстрировать свои истинные чувства.

Гэбриэл расслабил плечи, расставил ноги и сцепил руки за спиной, принимая агрессивный вариант позы «вольно», потом вскинул голову, нацепив холодно-любезную улыбку."

"— Галис, — поприветствовал его Гэбриэл, — не могу сказать, что рад тебя видеть, но моему самолюбию льстит, что ты меня еще помнишь.

От последних слов претендент на трон Сараны скривился, будто съел лимон.

— Как я могу забыть того, кто развязал эту войну! — пафосно заявил он.

В ответ Гэбриэл только ухмыльнулся. Значит, Галис, действительно, чувствует свое скорое поражение, раз раскидывается ни на чем не основанными обвинениями. Чувство вины заставляет искать козла отпущения? Во всяком случае, Галис не врал, он действительно так думал.

Тем временем Эмиру удалось отделаться от удушающих объятий сестры, и она встала у него за спиной, положив руку на его плечо.

Ему захотелось скривиться от нелепости данного обвинения, но он прекрасно владел собой, куда лучше Галиса, который зачем-то решил бросить ему вызов.