Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

Из-за огромного синяка на пол-лица один глаз заплыл, превратившись в щелочку. Ярс двигался скованно, будто у него болела в теле каждая косточка.

Он прошел вдоль ряда кадетов, проверяя наш внешний вид, на несколько мгновений притормозил рядом со мной. Ни я, ни он ничего не могли сейчас сказать, но мы и так понимали друг друга без слов. Ярс сначала ужасно злился на меня, и все же теперь в его взгляде не было злости.

Он двинулся было дальше, в сторону Лесли, который пялился на нового командира с плохо скрываемым любопытством, но резко шагнул снова ко мне.

– Кадет Дейрон, почему воротник расстегнут? Что за разгильдяйство? – сурово спросил он.

Наклонился и взял меня за воротник.

– Я ничего не смог сделать, Аль, – быстро сказал он. – Прости…

– Тай будет жить, – прошептала я в ответ.

Большего я объяснить не успевала: не было времени. Пальцы Ярса замерли, он отвернулся и отправился проверять следующих кадетов. Догадался ли он, что я заключила с князем какую-то сделку? Наверняка. Только вот предмета сделки пока не знал.

За завтраком происходило странное. Зал, заполненный кадетами всех трех курсов, будто колыхался, как море во время прилива, и чуть слышно гудел, как растревоженный улей. Вроде и громко никто не разговаривал, и с места не вставал, но тревога и общая нервозность висели в воздухе.

Я замечала на себе десятки взглядов. Дочери предателя Дейрона не привыкать к повышенному вниманию, но сейчас на меня смотрели не с ненавистью. Кажется, с сочувствием?

Вернон и Медея наверняка старательно разносили слухи о том, что эфор Эйсхард принудил меня к близости против воли.

"Я поискала взглядом Медею, ожидая увидеть ее довольное лицо, но Медь сидела, опустив голову, и ковыряла в тарелке. Парни из ее звена – Атти, Барри и Бренден – отодвинулись на противоположный край стола, будто им противно было сидеть рядом с ней. И такая же картина – вот что поразительно – наблюдалась за столом Вернона. Норман и Алек, всегда слушавшиеся своего командира звена с полуслова, сейчас угрюмо поглощали кашу и демонстративно не смотрели в сторону Колояра.

Что происходит?

– Ты как, Аля? – спросила Веела, пододвигая мне стакан со своим любимым компотом.

Я кивнула, мол, держусь.

– Вель, тебе не кажется, что Вернону и Медее объявили бойкот? – спросила я, не понимая, вижу ли я это на самом деле.

– Ну-у, – протянула Вель. – Знаешь, так бывает, когда кто-то стучит и сдает командира.