Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

 – Скажи каждому, кто спросит, что Тайлер ни в чем не виноват. Сложно объяснить! Пусть никто не думает о нем плохо.

Мишель расцвела и обняла меня от переизбытка чувств.

– Я знала! Тайлер не такой.

Она умчалась, а я побежала догонять своих.

На лекции у мейстери Луэ Медея и Вернон сидели в одиночестве в центре ряда, сверху и снизу образовались свободные места, будто от этой парочки можно было заразиться.

Колояр изображал безразличие и зубоскалил, Медь хмуро поглядывала по сторонам.

– Иделис, дай мне посмотреть конспект за прошлое занятие, хочу кое-что проверить.

Кадет Иделис не шелохнулась.

– Барри, можно мне твой конспект?

Барри принялся озираться с удивленным видом.

– Никто ничего не слышал? – задумчиво спросил он. – Шорохи какие-то.

– И шепоты! – вставил Атти.

Фридман обернулся, уставился на позеленевшую от досады Медею и развел руками:

– Но никого не видно!

Глава 50

По огромному пространству полигона гулял ветер, приминая растущие по краям дороги сухие пучки травы. Взрытая десятками ног земля застыла на морозе колдобинами и буграми.

"Мы давно не занимались по утрам на полигоне, только в зале. Слишком холодно, даже под защитой утепленной магией формы – половина кадетов слегли бы с простудой. Больше не осталось радужного пузыря: пространственного кармана с полосой препятствий.

Я шагала по полю, стараясь не угодить ногой в рытвину и не отстать от князя, который торопился вперед размашистой походкой.

У столба ожидали ректор Кронт и мейстери Иллара, целительница, с настойкой жильника наготове.

Рядом со столбом поставили кадку, из которой высовывалась ручка плети, перевитая кожаными лоскутами, потертыми за годы, когда плетку использовали для наказания. Плеть плавала в соляном рассоле, причиняющем дополнительные муки.

– Ты будешь стоять здесь, – указал князь на пятачок ровной земли в полутора метрах от столба.

Тайлера пристегнут к столбу наручниками лицом ко мне, чтобы я, жертва принуждения, в полной мере испытала удовлетворение от возмездия.