Дела минувшие

И оттого ему выгодно успеть помочь властям. Среди десятков служителей вы такого не нашли? Неужели все так прогнило, что нет кандидата в честные люди?

Псковичи стали вполголоса совещаться между собой, остальные притихли. Губернатор перебирал фамилии, а инспектор их по очереди отклонял. Наконец они сошлись в отношении некоего Арфина. Михаил Борисович пояснил остальным:

– Этот Арфин служит старшим надзирателем во временной каторжной тюрьме. Отставной фельдфебель Нижегородского драгунского полка, между прочим.

Лыков со знанием дела прокомментировал:

– Отличная аттестация.

– Именно, – продолжил начальник губернии. – И он уже внутри. Правда, временная тюрьма в стороне от собственно замка, но кадр общий. Евгений Парфенович распорядится, чтобы был произведен обмен: из замка в каторжную переведут, скажем, Грыневича – это тамошний старший надзиратель, прощелыга и взяточник…

– Что же вы его не выгоните, ваше превосходительство? – вставил Галкин-Враский.

– А не хочет никто порядочный на такую должность идти, ваше превосходительство, – хладнокровно пояснил губернатор.

 – Идут исключительно люди с ветру. Вот когда вы повысите оклады жалованья, мы сможем выбирать. А пока имеем дело с тем материалом, какой есть в наличии. Но я продолжу. Причину для обмена мы с Евгением Парфеновичем придумаем по дороге домой. Такие горизонтальные перемещения – обычное дело, прикроем как-нибудь… правдоподобно. Однако потребуется хотя бы пара недель, чтобы Арфин пообвыкся. Он станет Лыкову главным помощником. Мы, генералы, вряд ли чем подсобим… Есть у нас полмесяца на подготовку?

– Есть, – категорично заявил Благово.

Увидев трезвомыслие губернатора, он несколько успокоился. – Борода у Лыкова еще не отросла. Тут спешка не годится. Голова в ставку идет.

Лыков как младший в чине помалкивал, но все понимали, что речь идет именно о его голове. А Павел Афанасьевич развил мысль:

– В губернском тюремном замке, судя по спискам, почти двести сидельцев. Новый человек легко затеряется. Но нам-то надо, чтобы Алексей Николаевич не затерялся, а вызвал у организаторов аферы сильный интерес.

Он явится туда как подследственный и должен, что называется, наделать шуму. То есть чем-то сразу выделиться. Евгений Парфенович, расскажите, как живет замок? Кто там правит, кто прислуживает? Имеется ли у вас внутреннее осведомление?

Инспектор смешно наморщил лоб: какое, мол, осведомление? И ответил соответственно:

– Оно требует денег, а их не было и нет. Народ внутри вправду гнилой и хорошим зараз не станет.