Дела минувшие

Письмами завладел Артлебен и сел их изучать.

Еще больше депеш обнаружили у Сензиро, там счет шел на сотни. Имелись письма на японском, русском, немецком, английском языках. Штабс-капитан тоже забрал их для изучения. Один он не справлялся, и с Сахалина телеграммой вызвали Таубе.

В японском заведении нашли и кое-что необычное. А именно десять подлинных русских паспортов. Федор Иванович глянул в них и воскликнул:

– Откуда? Не может быть!

– Что такое? – подошел сыщик.

– Алексей Николаевич, я помню бумаги, сам их подписывал.

– Почему же вы удивились?

– Судно пропало без вести полгода назад. Это был первый китобойный пароход в Приморье, его привел из Норвегии отставной капитан Дыдымов. Все очень надеялись на успех промысла, что пароход будет не последним, а учредят целую флотилию. Но «Невельской» ушел в апреле в море и исчез. Никто не знает, что с ним случилось. Неужели японцы захватили и потопили корабль?

– Не может такого быть, – успокоил полицмейстера командированный.

В целом операция по борьбе с японским шпионажем во Владивостоке дала довольно скромные результаты. Господин Сензиро и трое его рабочих были отпущены из тюрьмы и спешно выехали домой.

"Проще было с русскими злодеями. Шифр писем к Сличенко был примитивным, его легко разгадали и уличили кабатчика в шпионстве. Сличенко сел накрепко, его вновь ждал Сахалин. Три старца по возрасту уже плохо годились в арестанты, их просто вышвырнули из города в малонаселенные места Приморья.

Один из арестованных подсказал было след к желтокожим шпионам. Он вспомнил, что носил какие-то бумаги в торговый порт и передавал их грузчику-японцу. Как тот выглядел? Да все они для русского человека на одно лицо.