Аккорды кукол

- Как только придет - разбудите.

- Без тебя не начнем! - Гориллы захохотали. Они были очень похожи - с выпуклыми надбровными дугами, запавшими внутрь глазками, выступающими подбородками и массивными загривками. Таких не прошибить ничем."

"""Интересно, есть ли у них вообще разум? - подумал Колычев. - На который можно хоть как-то воздействовать?"" Живым отсюда не выйти, он понимал это. Но сила Кундалини, к которой он взывал и которая уже гипнотически подействовала на коротышку, на этих горилл не влияла.

Гориллы, сидевшие к нему спиной, вдруг напряглись, как звери, которые чувствуют опасность.

- Во, баба! - сказала одна из горилл. - Отодрать её снова, что ли? Или его? - Он ткнул пальцем в Колычева.

Второй громко зевнул.

- Лучше поспать.

- Нельзя. Яша велел ждать.

- Вот ты и жди.

- Почему я? - И они заспорили.

5

Оказавшись в темной холодильной камере, кавказец неожиданно ойкнул, выкрикнул что-то на своем языке и схватился обеими руками за живот. Он мог и заорать, если бы не страх, сдавивший горло и боль, пронзивший внутренности.

Герасим захлопнул дверь камеры. Теперь вообще ничего не было видно.

- Это я! - громко произнес он. - Ты где?

- Здесь, - откликнулась Галя. Голос её дрожал. - Сейчас найду выключатель.

Что-то упало на пол, звякнуло. Кавказец продолжал стонать.

У Гали было такое лицо, словно она извалялась в муке. Удивленно глядя на них, Гера произнес:

- Ты его зарезала. Могла и меня.

Она лишь кивнула, не в силах вымолвить больше ни слова, а кавказец повалился на бок, подтянув колени к подбородку. Он перестал стонать и только что-то шептал. Потом перевернулся на спину, вытянул ноги и затих. Глаза остались открытыми, будто он продолжал следить за тем, что происходит.

Галя заплакала. С тех пор как она услышала разговор Магомет и милиционера, а потом осталась тут в кромешной тьме, она плакала почти все время, сжимая в руке нож. Когда дверь в камеру опять открылась, она, плохо соображая, что делает, бросилась вперед.

Теперь Галя прижималась к Гере - он был её последней надеждой.

- Ладно, что-нибудь придумаем, - успокаивающе сказал он.

- Он мертв?

- Мертвее не бывает.