Жребий Салема

Он слышал ее хриплое дыхание, похожее на шорох соломы, и отвратительные булькающие звуки и причмокивание.

Он схватил Марджори Глик за ворот халата и дернул вверх, уже не думая о кресте. Ее голова повернулась с ужасающей быстротой: глаза расширены и блестят, а губы и подбородок перемазаны кровью, которая в сгущавшейся темноте казалась черной.

Бену в нос ударило тошнотворное могильное зловоние, и, будто в замедленной съемке, показался язык, облизывающий губы.

Он взмахнул крестом в тот самый момент, когда Марджори Глик легко, будто тряпку, притянула его к себе.

Закругленный конец шпателя ткнул ей в подбородок и, не встретив сопротивления кожи, прошел дальше. Сверкнула какая-то странная вспышка, причем не перед глазами Бена, а будто за ними, и источником ее являлся точно не свет. В нос ударил резкий запах горящей плоти. Она издала истошный агонизирующий вопль, и Бен скорее почувствовал, нежели увидел, как Марджори подалась назад и, споткнувшись о телевизор, рухнула на пол, выставив вперед белую руку. Однако она тут же с нечеловеческой ловкостью вскочила на ноги – ее сузившиеся от боли глаза переполнял все тот же ненасытный голод. Плоть на подбородке почернела и дымилась. Она рычала.

– Подходи, гадина! – выдохнул Бен. – Ну же, давай!

Высоко подняв крест, он оттеснял Марджори Глик в дальний левый угол, рассчитывая, что сумеет там приложить его ко лбу чудовища. Однако, почувствовав за спиной стены, она неожиданно хихикнула, издав высокий режущий звук, похожий на скрежет ножа по стеклу, от которого Бен невольно вздрогнул.

– И все-таки я победила! Теперь вас стало меньше!

Тело Марджори вдруг стало удлиняться и сделалось прозрачным. Какое-то время ему казалось, что она по-прежнему стоит перед ним и насмехается, но через мгновение свет уличного фонаря уже падал на голую стену и о случившемся напоминало только покалывание нервных окончаний на коже. Она исчезла на глазах, просочившись сквозь стену.

Тишину нарушал только громкий крик Джимми.

11Бен включил верхний свет и обернулся посмотреть на доктора: тот уже был на ногах и держался за шею. По пальцам стекала кровь.

– Она укусила меня! Боже милостивый, она меня укусила! – причитал Джимми.

Бен подошел к нему ближе и хотел обнять, но Джимми оттолкнул его. В глазах, полных ужаса, было отчаяние.

– Не дотрагивайтесь до меня! Я нечист!

– Джимми…

– Дайте скорее мой чемоданчик.