Запрет на любовь

Пилик.

Лезу за телефоном, снимаю блок.

8962ххххххх добавил вас в чат «Группа 11 А Класс»

— Филатова…

8962ххххххх покинул группу

8928ххххххх покинул группу

8918ххххххх покинул группу

8961ххххххх покинул группу

8962ххххххх покинул группу

В ближайшие десять минут оттуда выходят почти все. Остаюсь, собственно, я, Шац, Филатова, Мозгалин (судя по аватарке с оригами), и ещё два неизвестных номера.

— Один за всех и все за одного, — подытоживаю, переворачиваясь на спину.

Вздыхаю.

Уже по традиции долго пялюсь в потолок, а потом зачем-то снова беру в руки телефон и впервые за долгое время открываю приложение «Фрэнд-ап»[3].

Миновав целый лист уведомлений, отображающих кучу непрочитанных сообщений, захожу в настройки.

Включаю функцию «плащ-невидимка».

Выбираю поисковую строку.

А что? Класс, по его милости, объявил мне войну, а значит, врага надо знать в лицо.

Оттолкнувшись от подушки, принимаю сидячее положение и печатаю:

Марсель Абрамов

Никаких других данных заполнять не требуется. Естественно, высвечивается только одна страница с таким сочетанием имени и фамилии…

Стаскиваю пиджак с плеч и открываю первую фотку.

Глава 9

Профиль Марселя Абрамова я изучаю долго, а если выразить это самое долго во временном промежутке, то получится… почти что весь вечер.

Сначала я просматриваю галерею фотографий от самого последнего снимка, до самого раннего, двухлетней давности. Затем залезаю в ванную и перехожу к видео-шотсам, которых выложено огромное количество.

Продолжаю исследование его страницы уже лёжа в кровати, а когда бросаю случайный взгляд на террасу, с удивлением отмечаю, что за окном стемнело.

— Тата… — бабушка легонько стучит по двери. — Можно? — робко заглядывает в комнату."

"— Да, — резко убавляю звук, а потом и вовсе быстро блокирую экран, на котором Кучерявый с горящими глазами мучает свой мотоцикл, издающий агрессивный рёв.

— Ты спустишься?

— Я…

Хочу сказать, что собираюсь лечь спать пораньше, но…

— Дедушка приехал. Спрашивает, как у тебя дела. Присоединишься к ужину? — предлагает мягко.

— Мы можем оставить историю с полицией между нами? — смотрю на неё с надеждой.

— Конечно нет, дорогая.

Тяжко вздыхая, откладываю телефон в сторону и, откинув с колен одеяло, опускаю ноги на пол.

— Дед позаботится о том, чтобы тебе больше не задавали вопросов.

— Он уже в курсе, да? — догадываюсь, вспоминая о том, что кое-кто грозился утром ему позвонить.

— Я описала ситуацию в общих чертах.

Вот уж спасибо.

— И дед разговаривал со следователем.