Запрет на любовь

Выгибаю бровь.

— С какой стати я должна перед тобой отчитываться?

— Слышь ты…

— Погоди-погоди, Макс, — ладонью останавливает разгневанного Ромасенко, танком прущего в моём направлении. — Я сама.

Ждёт, пока он перебыкует и отойдёт к окну.

— Давай проясним, — делает вдох и спокойно продолжает, повернувшись ко мне. — Из-за тебя моя мама в больнице. Марсель в участке. Ему грозит отчисление из школы, статья и ещё бог весть что.

— Что заслужил, то и получит, — бросаю холодно.

— Что заслужил? Да ты хоть знаешь, кого защищаешь? — неожиданно взрывается и переходит на крик.

— Кого защищаю? Пострадавшего! — отражаю, тоже повышая голос.

— Пострадавшего! — пренебрежительно фыркает. — Ты влезла в ситуацию, не разобравшись! Кто тебя просил! Что теперь будет! Что будет! А если… Если его в тюрьму посадят? Макси-и-им…

Нервы у неё сдают.

Плакать начинает.

Ромасенко лезет её успокаивать, а я за всем этим стою, наблюдаю.

— Это я виновата! Не надо было ему рассказывать, не надо было! — бьётся в истерике.

— Тс-с-с, тихо, Мелкая, — Максим гладит её по голове, а потом, зыркнув в мою сторону, зло шипит: — Тупая шкура, пакуй чемоданы.

— Что здесь происходит? — громко осведомляется женщина-одуван, с которой мы уже тоже сегодня встречались. Это социальный педагог, вроде как, если не ошибаюсь. — Милана? Всё в порядке?

— Ничего не в порядке! — психует та в ответ.

— Дорогая, успокойся.

— Не трогайте её! — рявкает Ромасенко.

Воспользовавшись тем, что внимание сосредоточено не на мне, ухожу, не забыв прихватить с собой пакет с учебниками.

В машину к Петру сажусь выжатая, как лимон, и всю дорогу до дома прокручиваю в голове эпизод, произошедший под лестницей.

«Ты влезла в ситуацию, не разобравшись!»

«Кто тебя просил?»

«Да ты хоть знаешь, кого защищаешь?!»

«Из-за тебя моя мама в больнице»

«Марсель в участке»

«Ему грозит отчисление из школы, статья и ещё бог весть что!»

Мне не по себе. Ощущаю какое-то странное чувство, но обозначить и дать ему определение не могу.

— Тата, как ты, дорогая? — бабушка, улыбаясь, встречает меня на улице.

— У меня нет аппетита, хочу спать.

Резко оборвав диалог, захожу в дом, поднимаюсь наверх и падаю на постель, даже не удосужившись при этом раздеться.

Ужас.

Где я, скажите мне, так накосячила?

Почему моя жизнь превратилась в один сплошной кошмар?

Закрыв глаза, какое-то время просто лежу, слушая ритмичный стук крови в висках.

Опять голова разболелась.