Ты жена мне, помнишь?

– Я не хотела тебя оскорбить. И не намекала…

– Не извиняйся, – довольно резко роняет Федерик, перебив меня на полуслове, отпуская и помогая обрести равновесие. – Осторожность и недоверчивость в высшем обществе Арганды тебе точно пригодятся, ибо являются залогом долголетия. Но возможно, со временем ты всё же поверишь окончательно, что я не враг тебе. А сейчас я хотел бы услышать, что тебя так испугало? Что ты почувствовала? Можешь мне рассказать, или недостаточно веришь?

И всё-таки обидела. Опять на те же грабли, Лана? Нет бы промолчать и не показывать свою дурную недоверчивую и вечно сомневающуюся во всём натуру.

Извиниться, я уже извинилась. Объясняться… а есть ли смысл? Он уже сделал свои выводы, а я не хочу оправдываться. Но и промолчать не могу.

– Я верю, – оборачиваюсь к мужу. Заглядываю в глаза. – Правда. Настолько, насколько вообще способна в нашей ситуации. Для меня это уже много. Я по жизни недоверчивая, а тебя знаю всего третий день.

Федерик прищуривается, но молчит, буравя меня пронизывающим взглядом.

– А почувствовала… – сглотнув, закрываю глаза. – К двери приходили двое. Мужчина и женщина. Кажется, это была Иезенния, но я не уверена. Она ведь родственница Мораду, и Анна ей, похоже, разрешала посещать архив. Но в этот раз замок посчитал её угрозой из-за того, что привела с собой этого незнакомца. Он… смерть, убийца. Убийца ведьм, вот что крутится у меня в голове, как только о нём думаю, – передёрнув зябко плечами, я обхватываю себя в защитном жесте.

Последнее слово царапает горло горечью. На плечи словно бетонная плита опускается. Нет, я не боюсь мёртвых. Это было бы странно при моей профессии. И Иезеннию я совсем не знала, чтобы скорбеть о ней, тем более, в свете её странных деяний. Но сама ситуация мягко говоря угнетает.

– Иди сюда, – внезапно притягивает меня к себе Федерик. Обратно заключая в свои объятия. Прижимает к своей груди, накрывая голову ладонью, словно желая спрятать от всего. – Прости. Я даже не предполагал, что тебе откроется такое."

"– Ничего, – хрипло шепчу я, позволяя себе прижаться к его большому телу, напитываясь силой и теплом. И лишь спустя пару минут нахожу в себе силы произнести: – Зато мы знаем теперь, куда подевалась Иезенния.