Ты жена мне, помнишь?

И всё это на многочисленных полках, выстроившихся вдоль каменных стен.

Чтобы изучить такую прорву всего и найти нужную мне информацию, вероятно, придётся просидеть тут не один день. И где же искать те самые ведьмовские гримуары, мысли о которых навеял мне замок? Магические ведь есть, уже нашли. А ведьмовские должны быть отдельно, наверное. Или я сама себе их придумала?

Задумавшись, не замечаю, как подхожу к высокому и узкому стеллажику, заваленному свитками. Притом подхожу уже не первый раз. Что-то притягивает меня сюда.

А что, непонятно. Ну не любовная же поэзия в самом деле. Мы с Федериком уже просмотрели несколько штук, и я, честно говоря очень удивилась содержанию. В этих свитках хранятся поэмы и баллады одного из предков Анны, некоего Давида, который подписывался никому неизвестным Бардом, погибающим в оковах чести и долга. Наверное, семья не одобрила страсть бедолаги к поэзии, вот он и строчил в стол. Кстати, произведения у него получались довольно красивые и романтичные. Плавные, лирические, цепляющие за душу. И отнюдь не ханжеские, скорее совсем наоборот. Этот давно почивший трубадур явно знал толк в том, как поэтично и образно описать муки и наслаждения любви.

Странно только, что его творчество тут хранится, а не в библиотеке. И странно то, что я вот уже четвёртый раз подхожу к этому стеллажу, вместо того, чтобы искать нужную мне информацию о ведьмах рода Мораду. Может в этих свитках есть какие-то важные упоминания?

– Федерик, как думаешь, ничего страшного не случится, если я возьму несколько свитков с собой, чтобы почитать на досуге? – окликаю мужа, закопавшегося в очередное жизнеописание.

Провожу пальцами по золотому набалдашнику, венчающему деревянный держатель одного из свитков. И внезапно палец обжигает болью. Укололась обо что-то.

Поморщившись отдёргиваю руку, рассматривая каплю крови, выступившую на подушечке указательного пальца.

– Думаю, ничего. Ты же сама сказала, что ведьмовская защита замка признала тебя за хозяйку, – отвечает благоверный, мазнув по мне внимательным взглядом.

– Всё в порядке? – вопросительно вскидывает бровь.

– Да, укололась просто, – улыбаюсь успокаивающе.

Муж хмурится, выравниваясь. Кажется, хочет что-то сказать. Но отвлекается на свой почтовый футляр."

"– Иезеннию нигде не нашли пока. Рэймандо говорит, что нужно больше людей. Замок большой. Надавили на слуг, и те подтвердили, что она вчера утром тут была. Но с ней никого не видели.