Тайник в старой стене

– Браво! – рассмеялась темноволосая. – На нас вышли менты.

– Никто на вас не вышел! – огрызнулся Веня. Трость Савраса все еще висела над его рукой. – Ни про вас, ни про вашу блатную хазу я до сей поры и слыхом не слыхивал. Вы же сами меня сюда приволокли!

– Тебя притащили сюда, потому что ты тер какие- то дела с Бобой Шекелем! – процедил Саврас. Он снова замахнулся тростью.

– Я приходил к Бобе по делу, и это дело касается старинных монет.

– Так, это уже теплее. Что еще? – сказал Лощеный.

– Я врал про то, что работаю в порту, и про екатерининские червонцы я тоже наврал, а вот про то, что я игрок, – это правда! Я и впрямь проигрался и мне нужны деньги! Я должен большую сумму, поэтому и ввязался во все это.

– И как же ты намерен был получить деньги, чтобы расплатиться с долгами?

Веня стоял, изображая нерешительность, и на ходу обдумывал план действий. Он покосился сначала на Лексу, потом взглянул на трость Савраса:

– Мне пообещали долю, если я стану посредником между одним моим приятелем и Бобой Шекелем.

Лицо Лощеного дернулось, пальцы сжались в кулаки.

– И как зовут твоего приятеля?

– А ты что же, до сих пор этого не понял? – Веня посмотрел Лощеному прямо в глаза и рассмеялся: – Моего приятеля зовут Антип.

Глава 2

Веня снова сидел на том же самом табурете, на котором ему только что собирались ломать пальцы. Руки его дрожали, зубы стучали словно от лютой стужи. В руках у него был стакан с водкой.

Веня выпил залпом и посмотрел на заставленный едой стол. Почувствовав, как огненная жидкость растекается внутри тела, он немного пришел в себя. Есть совсем не хотелось, но, глядя как Лекса и Саврас уселись за стол и молча набросились на еду, Веня, потирая уже начинавшую опухать ногу, нарочно грубо потребовал:

– Пожрать дайте!

– Не наглей, мусор! Ты еще ничего не рассказал такого, отчего бы возросла цена твоей жизни, – ухмыльнулся Лощеный. – Цена твоей шкуре сейчас пятак, так что не вякай, а говорить будешь, когда я скажу.

– Пожрать дайте! – упрямо повторил Веня.

Курившая у окошка Формоза рассмеялась:

– А он мне нравится! Дерзкий мальчик."

"– Дерзкий, но глупый, – жуя бутерброд с красной рыбой, заявил Саврас. – Ты только прикажи, Жора, он у нас живо по-другому запоет.

– Хорошо. Лекса, дай этому ментенку пару затрещин, чтобы он на меня волком не смотрел, – приказал Лощеный.

Лекса вытер жирные губы рукавом и направился к Вене.