Хаски и его учитель белый кот. Том III

Мало того, что весь цвет Верхнего Царства без приглашения нагло ворвался в их дом, так теперь каждое их слово сочилось презрением, а речи больше походили на допрос. Слово за слово, атмосфера в зале становилась все напряженнее, так что пороховой запах назревающего конфликта уже витал в воздухе.

— Этот Сюэ говорит еще раз: Пик Сышэн никогда преднамеренно не выдавал Мо Жаню свитки с запретными техниками. Также мы никогда не потворствовали тому, чтобы он овладел этими техниками, никогда не скрывали изготовленные им шашки Чжэньлун и, конечно, не имели намерения, опираясь на тайные запретные искусства, объединить Верхнее и Нижнее Царства.

Из всех школ Верхнего Царства самая глубокая вражда с Пиком Сышэн была у Палаты Цзяндун и Усадьбы Битань. Ныне из-за того, что в Палате Цзяндун осталась лишь сотня человек, этот орден пребывал в упадке. Хотя выжившие адепты публично отреклись от Хуан Сяоюэ, на деле все обстояло совсем иначе. Эти люди переглянулись, а потом кто-то из них, насмешливо ухмыльнувшись, сказал:

— Глава Сюэ не заслуживает доверия.

— Так и есть.

— Те марионетки Вэйци Чжэньлун, что в наше время подняли кровавую бурю в мире совершенствования, после поимки оказывались так или иначе связаны с Пиком Сышэн. Если это совпадение, то не слишком ли оно притянуто за уши?

Кто-то из Усадьбы Битань выступил вперед:

— Не знаю, известно ли вам, милостивые господа, что Пик Сышэн уже больше двадцати лет занимается уничтожением и изгнанием разного рода нечисти на землях Нижнего Царства, при этом обычно даже не берет за это платы.

— Я и мой брат построили все с нуля.

— Верное сердце[282.2]? – усмехнулся тот же человек, — у Сюэ Чжэнъюна настолько верное сердце, что он обучил племянника, практикующего запретные техники и поднял образцового наставника, убивающего людей, ради освобождения преступника.