Хаски и его учитель белый кот. Том III

— Ты сможешь уйти только в тот день, когда я покину этот мир.

Когда-то, стоя на берегу пруда в Павильоне Алого Лотоса, одетый с ног до головы в черные одежды Мо Жань сказал это уснувшему вечным сном Чу Ваньнину:

— Только вместе со мной."

"Теперь в ущелье горы Наньпин одетый с ног до головы в белые одежды Чу Ваньнин, в конце концов, повторил за императором те его слова. Протянув руку, он погладил бескровное лицо Мо Жаня:

— Только вместе со мной.

Сияя золотом духовная сила от его руки перетекла в мертвое тело. С этих пор, даже если лазурные небеса утонут в желтой реке загробного мира, пока в этом мире есть Чу Ваньнин, мертвое тело Мо Вэйюя останется нетленным.

Только тогда он сможет стать пеплом, рассыпаться на былинки, мелкие и белые, как протертая рисовая мука, упасть в глину и, смешавшись с пылью, превратиться в мирскую грязь.

Он уйдет вместе с ним.

В храме Цитадели Тяньинь в жаровне потрескивал древесный уголь и ярко пылающий огонь отбрасывал на стены извивающиеся причудливые тени.

Вдруг ворота распахнулись и в зал вошел мужчина.

— Ты пришел? — не поворачивая головы, тихо сказала Му Яньли.

— Пришел, — вошедший откинул капюшон плаща, открыв несравненно прекрасное лицо. Это был Ши Мэй. — Старшая сестра Му не собирается заглянуть в дальний зал?

— Не на что там смотреть, — ответила Му Яньли.

— Что поделать, таковы уж методы целительской школы, — с улыбкой ответил Ши Мэй. — Даже если бы сам Цзян Си из Гуюэе вскрыл ножом этого мертвеца, комната не наполнилась бы благоуханием.

Му Яньли нахмурилась. Она не собиралась обсуждать с ним вскрытие трупов или препарирование живых людей, поэтому спросила:

— Раз уж мы об этом заговорили, ты практикуешь эту технику уже несколько дней… Когда Тасянь-Цзюнь окончательно возродится?

— О возрождении речь даже не идет.

Подняв на него свои прекрасные глаза, Му Яньли сказала:

— Нам и нужен живой мертвец. Чем послушнее, тем лучше… Но тогда что насчет тех осколков духовного ядра, они все еще могут быть полезны?

— Почти.