Хаски и его учитель белый кот. Том III

Сняв накипь шумовкой, Чу Ваньнин добавил немного соли и снова закрыл котелок деревянной крышкой.

Если человек уже переродился один раз, его не возродить снова даже с помощью запретной техники Возрождения.

Чу Ваньнин безучастно замер у плиты, когда его сознание на мгновение прояснилось, и этот момент ясности чуть не убил его. Он поспешил подавить дрожь и трясущимися кончиками пальцев снял крышку…

Когда каша сварится, всегда найдется кто-то, кто ее съест.

Теперь, когда у него были раздробленные воспоминания Мо Жаня, он знал, что в детстве тот был настолько беден, что никогда не ел досыта и всего одна полученная от кого-то горячая лепешка могла сделать его счастливым на весь день.

Мо Жань никогда не стал бы разбрасываться едой, так что рано или поздно он должен очнуться.

После того, как каша была готова, Чу Ваньнин пошел во двор, чтобы убрать выпавший снег, затем отломил новую ветку зимоцвета и, подрезав, поставил в маленькую глиняную бутылку с водой.

Сильное благоухание цветов, казалось, распространилось на всю округу, так что Мо Жань, идя по дороге в загробный мир, еще сможет почувствовать этот аромат из человеческого мира.

Нет. Его сознание снова спуталось.

Куда идет, по какой дороге, какой еще аромат человеческого мира… Ведь очевидно же, что Мо Жань в более-менее хорошем состоянии, лежит здесь, точно так же как вчера и позавчера, и несколько дней назад. Может, только лицо его выглядит еще больше исхудавшим и бледным.

Он все еще может проснуться.

За две жизни, все равно в обиде или ненависти, в любви или жалости, с тех пор как они встретились, Мо Вэйюй никогда не пытался по своей воле покинуть его.

Он стал его днем и ночью, его зарей и закатом, всей его жизнью в этом суетном мире.

Отныне Чу Ваньнин так и будет бродить по белу свету, на этой грешной земле все так же будет падать снег и будут петь цикады, будет умирать осенний лотос и будут рождаться весенние цветы.

Он готов быть рядом с ним, охранять его и составлять ему компанию день за днем, ожидая, пока он проснется. Точно так же, как в прошлой жизни Мо Жань заключил контракт с мертвым телом Чу Ваньнина, в этой все перевернулось с ног на голову, и Чу Ваньнин сделал то же, что и Тасянь-Цзюнь.