Хаски и его учитель белый кот. Том III

Ивовая лоза тоже не смогла выдержать неистовства Бугуя, и одна за другой золотые ветви рассыпались, обратившись в пепел.

— Почти десять лет!

Среди окутанного дымкой пепелища только полные безумия багряно-алые глаза Тасянь-Цзюня сохраняли ясность.

— Десять лет, Чу Ваньнин! Этот человек возродился в прошлом, оставив достопочтенного, чтобы тот в одиночестве пробудился на Пике Сышэн во Дворце Ушань. Все десять лет этот достопочтенный из писем узнавал о ваших с ним разнообразных увеселениях и о его блистательных подвигах… а я? А как же я?!

Когда черный клинок снова ударил, поднялась песчаная буря, камни полетели в разные стороны, земля раскололась, образовав бездонную пропасть.

— От начала и до конца это был один и тот же человек! Он все начал заново, а мне и пригоршни пепла не осталось!

Когда его меч расколол землю, Чу Ваньнин отозвал Тяньвэнь и призвал Хуайша.

Но неожиданно один вид этого смертоносного клинка распалил Тасянь-Цзюня еще больше. Сейчас он был подобен злому духу, что, движимый затаенной глубокой обидой, вернулся в этот мир из бездны Ада.

Выражение его глаз не могло не заставить сердце Чу Ваньнина испуганно затрепетать.

Если это всего лишь труп, почему он до сих пор может испытывать подобные сильные эмоции?

— Почему вы оба так относитесь ко мне?

Бушующее пламя добралось до леса, и теперь повсюду к небу вздымались языки пламени, летели искры и парили догорающие листья с темными обуглившимися краями.

Чу Ваньнин не понял сразу, почему тот так внезапно отступил. Он увидел, как, стоя в отдалении, император прикрыл глаза. Густая тень длинных ресниц легла на его щеки, еще сильнее подчеркнув мертвенную бледность лица. Тасянь-Цзюнь тихо пробормотал:

— Почему ты так со мной обращаешься?

Когда его голос затих, земля с грохотом задрожала.