Русалка в академии

Вы не верите никому, никому не можете доверять, ни слову Халифа, ни своим друзьям, никому не верите, ничто для вас не гарантия. Вы не могли согласится и просто подождать с оплатой камнями до времени, когда их смогут найти, даже если люди умирают... Я верил вам, Арина! Я доверил вам даже... даже сына Халифа! Я верил, что вы не подведете, но сами вы не верите никому вокруг... — тут он будто взял себя в руки и закрыл свои эмоции на замок: — вы в своем праве, я не имею права вас в этом винить. Но, если вы никому не доверяете, не удивляйтесь, если и вам никто не будет верить, — он тяжело вздохнул, нервным движением откинул волосы с лица.

И он вышел за дверь, оставив меня в расстроенных чувствах. В моем чистом красивом доме, полном еды, воды и любящих меня людей.

На следующее утро я узнала от Гарта, что Ярис сдержал обещание и ночью же, несмотря на начавшийся шторм, забрал свои вещи с корабля и уехал в гостиницу, а потом прочь из города.

Я в Империал не поехала, просто не смогла себя заставить. Я не знала, как говорить с Ярисом после случившегося, как смотреть ему в глаза. Я не... я не знала, прав ли он, можно ли винить меня в жадности в недоверии... но почему-то чувствовала себя безумно виноватой. Но я просто не представляла, как, как я могла признаться, что врала до этого? Даже если он связан магической клятвой, даже если он никому ничего не сможет рассказать без моего разрешения, даже если он не может мне навредить ни осознанно, ни неосознанно.

Доверяю ли я в этом мире хоть кому-то?

Доверяла ли в старом мире?

Я не знала ответов на эти вопросы. Мне нужны были гарантии... но никаких гарантий мне не было достаточно.

Ничто не может гарантировать верность человека, потому что верность — это то, что он дарует тебе сам, добровольно.

Заслужил ли Ярис мое доверие?

Да, я не могу отрицать этого.

Предавал ли он меня когда-нибудь, подставлял ли?

Нет. Он имел свое мнение, я могла не соглашаться с ним, но наши споры никогда не выходили за пределы комнаты, он не выдавал моих тайн другим людям. Благодаря ли клятве или собственному складу характера, не знаю.