Риверстейн

Каштановые прядки мягко переливались рыжими всполохами в неровном свете масляной лампы.

* * *Через полчаса Ксеня вернулась. Не одна, с прислужником, который тащил ведро горячей воды взамен той, что остыла в кадушке. Весело болтала с мужчиной, а когда он ушел, напевая пошла за занавесь и там долго плескалась и фыркала.

Я потихоньку собрала с пола ее волосы, завернула в холстину. Надо будет сжечь. Помывшись, Ксеня вышла и как ни в чем не бывало надела принесенные с собой мужские штаны, рубаху, натянула сапоги и безрукавку.

Повесила на пояс ножны с аканаром. Сейчас ее легко можно было принять за вихрастого паренька.

Но я промолчала. Только спросила, готова ли она спускаться на ужин.

Еще больше меня, увидав Ксеню, расстроился Данила. Так и застыл с открытым ртом, глядя на нас.

– Чего таращишься, дурень? Глаза вывалятся, – «ласково» сказала девушка и спокойно уселась на лавку.

Данила по своему обыкновению залился румянцем и отвернулся. Лорд Даррелл посмотрел недоуменно, Ксеня с вызовом вскинула голову.

Шайдер промолчал. Арххаррион пил вино из большой кружки и вообще на наше появление не отреагировал.

Я тоже села и осмотрелась. Говорят, если видел одну харчевню – то видел их все. Похоже, это было справедливо и для Подлунного мира. По крайней мере, эта харчевня не слишком отличалась от тех, что находились по другую сторону Черты. Те же закопченные балки со свисающими гирляндами трав и лука, те же грубые деревянные столы и лавки. Только вот публика другая.

Посетителей было немного, а те, что были, выглядели колоритно.

Я изо всех сил старалась не слишком их разглядывать. За соседним столом расположились двое эльфов. Одеты дорого, даже я это поняла, прозрачные глаза рассматривали харчевню с легким высокомерием. Светлые волосы у обоих зачесаны назад, открывают острые уши и собраны в длинные хвосты, перевитые нитками с бусинами. И хоть и странно видеть такую прическу у мужчин, но выглядело это красиво. И оба не снимали перчаток, словно боялись испачкаться.

Сбоку – шумная компания гномов.

Бородатые и веселые, они пили эль и громко обсуждали удачно купленный товар. Когда они стучали кулаками по столу, я уже даже не дергалась. Зато эльфы посматривали на весельчаков презрительно и недовольно. Но молчали и не вмешивались.

В углу примостилась странная фигура, закутанная в плащ. Черная ткань висела тряпкой, словно обрисовывала не тело, а тень. И в провал капюшона заглядывать не хотелось, так и кажется, что внутри пустота.