Рябиновый мед. Августина

— Мало налить — больше уважения гостю, — пояснила Зульфия.

В медных низких вазочках лежали сухофрукты — темный и светлый изюм, оранжевый урюк и что-то еще. Белые ломти лукума, сахар — у Маруси и Юлика глаза разбежались. Но Ася детей держала в строгости. Взгляда было достаточно, чтобы оба сидели чинно, не разговаривая и не протягивая рук к сладостям, пока гостеприимная Зульфия сама не подвинула к ним лакомства. Стайка босоногих детей Айгуль и Усмана в тюбетейках толкалась на длинной открытой террасе, хихикая и не смея приблизиться.

После чая Усман принес казан с пловом. Ловко перевернул его над блюдом, и ровный золотисто-коричневый холм предстал перед гостями. Плов был украшен кусочками мяса и морковью. Но кроме этого вкраплялось что-то еще. Это что-то было квадратным и коричневым по цвету. Зульфия пояснила, что это такой горох.

— Усман, Айгуль, позовите детей, — предложила Ася. Усман что-то ответил по-своему, Зульфия перевела:

— Дети поедят после, вы сегодня наши гости.

Айгуль, Усман и Зульфия ловко подчерпывали рис пальцами и отправляли в рот. Вознесенские попытались сделать так же, но в конце концов Ася послала Марусю за ложками. Так получалось гораздо ловчее.

Ночью, уложив детей, Ася и Алексей делились впечатлениями. Это была первая ночь на новом месте. Не спалось. Они вышли на открытую террасу — ветер донес аромат весеннего цветения. Темное небо лежало на самых крышах, задевая крупными звездами ветки чинары.

— Как тебе их полосатая форма? — спросил Алексей, — Сошьешь себе такую?

— Обязательно.

— А паранджу?

— В ней жарко. А тебе бы жену в паранджу упечь! Вот уж не ожидала.

— Шутки шутками, но все же одна по улицам не расхаживай. В Бухаре смутно. Народ здесь непростой.

— Зато гостеприимный. Мне так Зульфия понравилась. Вообще мне здесь нравится. Город… А тебе?

Он ответил не сразу:

— Везде одинаково. Те же банды, та же ненависть, кровь. Только они здесь свои, а мы пришлые.

Она знала, что муж имел в виду. То, что Бухара присоединилась к красному Туркестану, еще не было гарантией безопасности."

"На рассвете их разбудил беспокойный стук в ворота. Красноармеец из штаба прибежал за комиссаром. Они говорили о чем-то торопливо во дворе, а когда Алексей вернулся в дом, чтобы собраться, Ася по лицу поняла: что-то стряслось.