«Персефона». Дорога в ад

Эберхард тоже включил подсветку и охнул. Он-то сумел добраться до ложемента и пристегнуться, а вот Лесу не повезло. В момент удара он был в хвосте катера, и помотало его изрядно. Все волосы были в крови, а из носа капало на пол.

— Где-то же здесь аптечка есть! — Грантс полез под ложемент, позабыв, что в гражданских катерах аптечка имеется, только если её туда положили.

Он выругался, но более цивильно, чем наследник дома Сапфира, когда-то промышлявший бродяжничеством, и тут же, из всех динамиков катера разом задребезжало металлическое:"

"— Сдавайтесь, люди! Ваш корабль больше не сможет взлететь, его батареи разряжены.

Выходите из корабля, иначе мы распилим его!

— Какой же это «корабль», дебилы? — ответил Рао. — Это же катер!

— Информация не распознана, — нагло сообщил голос. — Немедленно покиньте корабль!

— Чё делать будем? — спросил Лес, вытирая с носа алые капли.

— Надо покидать, — усмехнулся грантс. — А то и вправду распилят нас вместе с лодкой, а я же ещё и удочки взял. Жалко.

Парни вручную разблокировали аварийный выход.

И как только круглая дверь подчинилась толчкам и открылась — в глаза им ударил яркий свет.

Да, это и в самом деле был исполинский ангар. Такой огромный, что в нём помещался не только катер юных путешественников, но тяжёлый имперский крейсер, спокойно висящий на гравикольце, словно шлюпка.

Было заметно, что ангар уже много лет не убирался и не ремонтировался — пол проржавел и был покрыт слоем пыли. Но так было даже внушительнее: сразу понятно — древний.

В целом в кораблестроении не так уж много изменилось за сто послевоенных лет, и вид был привычный.

Где-то под потолком блуждал навигационный луч, висели в пустоте стартово-посадочные кольца для шлюпок и катеров. Под кольцами теснились ремонтные боксы.

— Никого! — выдохнул Рао. — Прячутся, гады!

Аварийный трап катера не развернулся, и он повис на руках, спрыгнул. Помог спуститься Лесу.

Эберхард свалился вниз сам, слегка приложившись об пол.

— А вот эту машинку я знаю, — сказал Рао, разглядывая чёрную тушу крейсера.

— Это имперский, класса «Зет», последняя модель, дорого-богато. Правда, я не думал, что такую махину вообще можно загнать в ангар.

— Люди, не двигайтесь! — раздался сзади всё тот же механический голос.

Рао обернулся и толкнул Эберхарда, который всё ещё пытался отряхнуть модные бархатные штаны.

К ним спешили две металлические штуки, похожие на безголовых собак. Приземистые, даже какие-то текучие, они двигались по кратчайшему расстоянию, словно по лучу.