Невольница любви

Объяснения наложниц звучали так восхитительно греховно, и теперь, запутавшись в сетях собственной страсти, она сознавала, что должна идти вперед и до конца.

Индия снова нежно сжала его плоть, немедленно ответившую на столь нежную заботу, и, нагнув голову, поцеловала.

Кейнан, потерявший дар речи, задрожал, когда она взяла в рот налитой фаллос и принялась сосать. Язык и зубы не переставали терзать его, заставляя трепетать все тело. Потом тонкий пальчик пробрался под мошонку, нашел место, столь чувствительное, что у Кейнана помутилось в голове.

— , О, сладостная колдунья, когда ты успела узнать все это? А-а-а-а!.. Довольно! Довольно!

Индия отпустила его и подняла огромные влажные оленьи глаза.

— Я не угодила тебе? — невинно вопросила она.

— Угодила, бесценная, так, что боюсь, мне не дожить до преклонных лет. Ты убьешь меня наслаждением! — простонал он и, подняв ее, попросил:

— Оседлай меня снова, любимая. Мне не терпится погрузить меч в твои ножны по самую рукоять!

Теперь настала очередь Индии кричать от счастья, когда она ощутила, как он проникает в ее разгоряченную плоть.

Закрыв глаза и откинув голову, прекрасная всадница пришпоривала скакуна, пока первые взрывы невыразимого утонченного наслаждения не сотрясли ее. Она обессиленно обмякла, что-то бормоча, но он, не выпуская ее из объятий, уложил на постель и продолжал вонзаться в покорное тело. Вихрь поцелуев обрушился на ее лицо, и Индия с тяжелым вздохом неохотно вернулась на землю.

— Я вознагражу тех, кто преподал тебе столь полезный урок, — пообещал дей с улыбкой.

Индия, придя в сознание, побагровела от стыда.

— Я вела себя слишком дерзко, — призналась она, дотрагиваясь до его щеки.

— Очень, — охотно согласился дей, — и надеюсь, что впредь ты найдешь в себе еще больше отваги. Мне показалось, что я в раю.

Он лениво припал к ее губам, подумав, что у нее самый пленительный в мире рот, и тут же признался ей в этом.

— Я тоже люблю целовать тебя, — шепнула она.

— Мои поцелуи слаще, чем ласки твоего английского лорда? — допрашивал он.

— Да, — выдохнула она, ничуть не солгав. — Но мы почти не целовались. Правда, я не верю, что он так же искусен в любви, как ты!

— Возможно, я и в самом деле соглашусь взять за него выкуп, — решил дей.

— Благородное намерение, — кивнула Индия. — Несколько месяцев на галерах — достаточное наказание за его грубость и непочтительность, повелитель. Его отец стар и болен; он единственный сын у своей матери.

— Ты знакома с его родителями? — осведомился дей.