Наследница (СИ)

Ясмин обернулась, и увидела Дровосека. Отец Хрисанфа щурил неопределённого цвета глаза, и было невозможно представить его истым последователем радикальной политики Примула, таким добродушным и сельским был весь его вид. Просто образец английского падре образца прошлого века.

— И то верно, — с улыбкой сказала Ясмин и подняла цветок вверх.

Это символизировало одобрение, и Дровосека слегка перекосило. То ли от ее слов, в которых он и сам оставался простым пахарем, то ли от ее попытки удержать лицо. Она-то понимала, как будет выглядеть с опущенным цветком — круглой дурой, которой указали ее место, и которая даже взять себя в руки не сумела.

На секунду ее глаза поймали взгляд Абаля, но тут же ускользнули. Страх видеть его был сильней. Что он чувствует? Удовлетворение, что ее щелкнули по носу? Радость, что отвергнувшая его женщина, попала в ловушку?

— Это несправедливо, — вдруг вскричала несчастная представительницы тотема Базеллы. — Нельзя менять правила единолично!

— Мастер Веяра, — холодно оборвал ее монолог мастер Файон.

 — Решение принято общим голосованием.

— Не было представителя Абельмош, не было Терна!

— Тотем Абельмош постигло великое горе, — стальным голосом отрезала мастер Дея. — Тотем Терна на грани падения…

Все снова начали орать. Мол, так нельзя, это против правил и этики, против чего-то там ещё…

Тёрн был великим тотемом, вознесшимся вместе со Спиреей, и слова о его открытом падении стали первым камушком, рванувшим вниз по склону нерушимой горы Большого совета.

Тотем Терна действительно практически пал, его глава умирала в своих законсервированных покоях, ее сын получил оружие лишь первого порядка, а ее отверженная изуродованная дочь, пряталась на окраине Астрели. Тёрн потерял место в круге, ибо одного лишь статуса было недостаточно для получения места на политической арене. Не было и представителя тотема Повилики, из которого происходил Верн. Его статус был временно заморожен до решения конфликта с тотемом Штокрозы, и глава рода не решилась посетить Большой совет.

Но и без бессильных воплей было ясно, что новый закон принят. Большинством.

Ясмин автоматически запоминала представителей, насильно выведенных из Большого совета. Веяра из тотема Базеллы, Лия из тотема Астрагал, Лют из тотема Шелковника, что славится ядами… Всего отвергнутых было семеро.

Много.

Много для осторожного Примула, который рискнул поссориться с их тотемами из страха перед Ясмин. В груди разлилось густое желчное удовлетворение.