Мой друг тролль

Как раз выставка закрывается, и тут приезжает президент, идет в Эрмитаж, и директор под вспышки и телекамеры осуществляет дар! Какое шоу, какая реклама музею!

Катя признала, что, в самом деле, задумано весьма хитро.

– Ну так ты придешь на открытие? Завтра в два часа…

– Приду, – пообещала Катя.

Куда ж она денется? Загадочная кельтская поделка всю неделю не давала ей покоя.

Ради открытия выставки ей пришлось сбежать с последней пары, и все равно времени почти не осталось. От универа до Зимнего дворца пятнадцать минут быстрой ходьбы.

Под пронизывающим ветром с Невы Катя перебежала через Дворцовый мост и пристроилась в хвосте полукилометровой очереди на вход, поджидая Нафаню.

– Ты куда встала? – возмутился он, под завистливыми взглядами желающих приобщиться к культуре увлекая Катю к двери с надписью «Выход». – Пошли, воспользуемся служебным положением!

– Сколько тут народу! – в шоке воскликнула Катя. – Тут что, каждый день так?!

– По выходным еще хуже. Просто сегодня открытие, а выставку так разрекламировали – даже в метро плакаты висят…

Плакаты висели повсюду, не только в метро.

Прямо над дверью красовался зелено-золотой стенд. Из острых золотых веточек и завитушек, как из некоего заколдованного леса, проступало спящее лицо знакомой статуи. Ничего тайского в нем определенно не было.

– «Да пробудится совершенство!» – прочитала Катя пафосное название выставки.

И внизу более наукообразное: «Кельтские мотивы в современном авангарде»."

"– Странно, – проговорила она, проскальзывая в тяжелую дверь, – почему вдруг именно кельты? И современный авангард при чем?

Нафаня снова хмыкнул.

– Посовещались и решили назначить статую представителем кельтского искусства. Удобно: от кельтов немного осталось. Кромлехи, орнаменты, резьба по камню…

– А почему авангард?

– Реставраторы сказали, что статуя – новодел.

Карлссон оказался прав. Как всегда. Но Катя почему-то огорчилась. Наверно, ей приятнее было считать статую древней. Ведь если она изготовлена современным художником – ну что в ней может быть таинственного? Но Карлссон… Вот кто – настоящий эксперт! Профи.

И как он только определил? С первого взгляда, по плохонькой фотке с телефона! Может, ну его, это детективное агентство? Пусть будет бюро, например, художественной экспертизы. А что, неплохая идея… Оформить Карлссона главным экспертом по древним ценностям…

– …Оказалось, деревянная, – продолжал между тем Нафаня. – А мы-то сначала не поняли.