Ты - моя ошибка

Разница в том, что я согласилась по женской глупости. Эмоции бушевали, хотелось отомстить, ну и сам Никита был очень красивым, а как целовался… Об этом вспоминать не стоит. Иначе опять щеки жаром зальются, в животе покалывать будет.

Я отлично понимаю: парням вроде него нужен только секс. Их не интересуют отношения, любовь, семейные вечера с просмотром любимого ситкома. Все это мимо. Одно радует – они не скрывают своих намерений, в отличие от Иванова. До сих пор не понимаю, как он мог… И что у них со Светкой? Одноразовые встречи по дружбе? Или как это называется в современном обществе? Секс дружбе не помеха? Уверена, будь у меня такой друг, Женька бы сразу отвернулся.

Поэтому отвернулась и я. Пошел он со своей ненаглядной.

Добежав до конца коридора, я все-таки набралась смелости и оглянулась. Пусто. А чего собственно ожидала? Никита не пел мне сказок в уши, просто предложил себя в качестве ночного утешения. И хотя головой я это понимаю, но сердце сжимается. Обидно. Никогда не хотела стать куклой на одну ночь.

Презирала таких. На мать ругалась, в итоге сама скатилась. Нет! Больше подобного не повторится. Да и Никита вряд ли еще раз подойдет. Может, мы и не встретимся в универе, на улице, нигде. Случайные совпадения имеют свойство заканчиваться. Поэтому с глаз долой, как говорится.

В спортзал я возвращаться не стала. Решила, переоденусь и подожду Анфиску в холле. Заодно мысли приведу в порядок. Красивый мальчик искуситель умело их подпортил. Сколько интересно у него таких было? Глупых, вроде меня…

Однако только я вышла из раздевалки, накинув рюкзак на плечи, как передо мной вырос Иванов.

Нагло перегородил дорогу, вперившись тяжелым взглядом. Карие, практически чернильные глаза, отливали бликами. Раньше мне хотелось смотреть в них, разглядывать отражение. Но теперь противно.

– Ульян, давай поговорим, – произнес Женька, разрывая давящую тишину между нами. Его голос звучал устало, а вздох был тяжелым. Грудь вздымалась, явно не шел, бежал сюда, правда зачем – непонятно.

– О чем? – сухо спросила, сжимая лямки рюкзака. Внутри нарастало нервное напряжение.

– Да, я виноват, но…

– Но? – вскинула удивленно бровь, поражаясь тому, с какой легкостью Иванов признает свою вину.

– Мое отношение к тебе не изменилось.

– А мое к тебе изменилось. Давай на этом закончим, – я попыталась обойти его, но Женька резко схватил меня за руку и дернул обратно, да так сильно, что я впечаталась спиной в дверь раздевалки.