Ты - моя ошибка

А Женька огонь, а как целуется, – пела соловьем Света. Наверное, подобные высказывания должны задевать, обижать, вырывать кровавые слезы из глаз. Да только мне почему-то было все равно. Я не ревновала, не бесилась. Ну, переспали и ладно. Той ночью не одни они согрешили. Еще неизвестно кому было лучше.

Из кабинки я вышла с гордо поднятой головой. Всполоснула руки, посушила. Пока проводила махинации с водой и салфетками, девчонки молча глазели в мою сторону. Ждали видимо чего-то, правда чего – я не поняла. В итоге молча покинула туалет, а они вновь продолжили перетирать косточки.

Что ж! Будем считать, что я стала легендой.

* * *С последней пары отпросилась, у меня на четыре была ученица по русскому – Марина Алушина. Учится в десятом классе, не отличница, но схватывает неплохо. Скромная, улыбчивая, и в целом с ней никогда не возникало проблем. Зато мама у Марины та еще скандалистка. Если дочка не позвонит ей, если не отчитается, что приехала на урок ко мне, упреков полетит вагон с тележкой.

Пару раз такое случалось прямо на допах. Мы разбираем новую тему, а ей мать звонит. Кричит в трубку не своим голосом, словно случилось беда космического масштаба. Марине тогда неудобно было, жуть. Она покраснела, расплакалась. Я думала, не придет больше. Но, к счастью, пришла. Сказала, со мной ей комфортно, а еще объясняю доходчиво.

Сегодня Марину привезла тоже мать, проводила до самой квартиры. Сдала, считай, из рук в руки, и под конец строго наказала набрать, якобы ждать будет у подъезда.

Я не стала спрашивать с чего такой тотальный контроль, девочка не маленькая. но Алушина сама выложила, пока раскладывала книги на столе.

– Ульяна, ты извини за сцену, мама из-за вчерашнего перегибает.

– Да ничего, а что случилось вчера? Ты ее расстроила? – Я отодвинула старенький деревянный стульчик, на котором лежала плоская подушка. Усадила на него ученицу, а сама присела на табуретку без спинки. Мебель у нас давно нуждается в замене, как и большая часть квартиры.

– Унюхала запах сигарет, – выдохнула с горечью Марина.

Взгляд ее потух, бровки домиком сделались. Мы с ней были одного роста, разве что Алушина на килограмма три больше, чем я. Брюнетка с короткой стрижкой, хотя это недавно она подстриглась. И то, как поняла, назло матери. До этого ходила с косой до пояса.

– Курить начала? – спросила осторожно, открывая учебник на нужной странице.

– Да нет, – отмахнулась она. – Там просто…

– Если не хочешь, можешь не говорить.