Хищная

— Когда они у тебя были, Егор? — наезжаю на него, — сколько я тебя помню, серьезной девушки у тебя не было.

— Она у меня была, когда ты меня не помнишь, — и он слегка смеётся.

— В школе что ли? Да ведь ты еще ребёнком был.

— Ага. Вот только чувства мои совсем не детские были. — Кузнецов вздыхает. — Ладно, Макс. Давай закроем эту тему. Мне неприятно вспоминать.

В этот момент к нам возвращается силиконовая Настя, и Егор обнимает ее за талию. Я лишь закатываю глаза и иду к другим гостям. Оля включает музыку, Костян разливает всем алкоголь по бокалам, и тусовка начинает протекать так, как обычно протекали все наши студенческие встречи: весело и беззаботно.

Я полностью отвлекаюсь на друзей, пока неожиданно меня снова не охватывает такое привычное чувство тоски по одному единственному человеку. Я отворачиваюсь в сторону и крепко зажмуриваю глаза, заставляя это чувство исчезнуть. Теперь я знаю, по кому я восемь лет тосковал даже в самых веселых компаниях.

— Дорогой, ты в порядке? — Подходит ко мне Оля и приобнимает.

— Да, Оль, все хорошо. Голова что-то разболелась.

— Может, таблетку выпьешь? У меня есть «Цитромон».

— Не надо, — открываю глаза и смотрю на нее.

— Точно?

— Да, все хорошо.

Оля мне слегка улыбается, и я целую ее в губы. Какая же она у меня заботливая.

Я возвращаюсь к друзьям, смеюсь их шуткам, участвую в разговоре.

Ведь смотреть мне никто не запретит? Может же брат просто смотреть на сестру? Что в этом такого?

А еще я хочу узнать, какая она на самом деле. Я восемь лет слышал о ней лишь легенды, и, самое главное, верил в них. Но теперь я понимаю, что рассказы об этой девушке не имеют ничего общего с реальностью.

Я ставлю стакан с соком на стол и разворачиваюсь к дому.

— Максим, ты куда? — Останавливает меня Оля.

— Позову Кристину. А то неприлично.

Невеста тут же меняется в лице.

— А она тут?

— Да. Ее машина стоит в гараже.

И, не дожидаясь Олиного ответа, я иду к крыльцу. В доме стоит гробовая тишина. Я поднимаюсь на второй этаж и в нерешительности замираю у ее двери.