Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

К счастью, все пациенты пережили ночь – все, кроме бедного сицилийца, – и практически у всех были признаки улучшения состояния, даже у светловолосой, хотя она все еще пребывала без сознания (я еще подумал, что это к лучшему). Я распорядился показать жертвам всех римлян: если кого-нибудь из них опознают как мучителя, таким не жить. И только после завершения всех этих дел я сходил позавтракал, а затем захотел побеседовать с римским консулом.

Тот сразу попытался стать в позу: мол, сдавайся, карфагенянин, иначе тебя распнут.

На что я его спросил:

– А почему ты думаешь, что я не прикажу распять тебя? Тем более что кресты имеются.

– Я свободный гражданин Рима! И не просто гражданин, а избранный на этот год консул. Нас не позволено распинать!

– Насчет свободного ты погорячился, мой друг. Где твое кольцо гражданина и что на твоей шее делает ошейник? А гражданин Рима после того, что ты и твои люди здесь сделали, заслуживает самого строгого наказания. А ты не просто гражданин, ты вожак.

Я перешел на пунический:

– Увести его! Выберите крест покрасивее и можете начать прибивать его к кресту. А я выйду чуть попозже, дабы взглянуть, как он будет смотреться.

Опять же, я не собирался его распинать, но подумал, что демонстрация подобного рода могла пойти этой мрази на пользу.

– Я не понимаю вашего языка, – высокомерно заявил Маний.

Но тут двое ребят Ханно схватили Мания под руки и потащили к двери. Через минуту оттуда раздались истошные вопли. Я не спеша вышел и увидел, что гвозди даже не начали загонять в его руки, только привязали его к кресту и примеривались, но от Мания благоухало дерьмом и мочой – он не смог удержаться.

Увидев меня, он заорал:

– Не надо! Смилуйтесь!

Я сделал знак, чтобы пока не начинали, и посмотрел на Мания:

– Не надо? А ведь ты хотел то же самое сделать с нашими людьми.

– Не надо! Я все скажу! Все сделаю!

– И будешь вести себя хорошо?

– Буду! Буду!

– Договорились. А на случай, если все-таки заартачишься либо соврешь (а у нас есть возможность проверить), я попрошу оставить этот крест для тебя.

– А что будет со мной потом? За меня могут заплатить хороший выкуп!

– Сначала ты нам все выложишь, а когда мы все проверим, тогда и поговорим, – отчеканил я.