Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

«Черт, как же неудобно с этим микрофоном, постоянно отвлекаешься», – недовольно подумал я.

В люк мехвода можно было легко пролезть, по крайней мере, когда я привстал, чтобы осмотреться, то плечи прошли. Десант уже был обряжен в трофейную форму и особо не выделялся. Остальные столпились вокруг, с интересом наблюдая за нами.

– Танк не е…т, а давит. Разойдись! – рявкнул я под смех бойцов любимую присказку ротного старшины у нас в учебке.

Плюхнувшись на место, осторожно манипулируя рычагами, развернул машину и, потихоньку разгоняясь, чтобы не стряхнуть десант, направился по следам про-ехавших тут недавно бывших хозяев.

Машина оказалась удивительно тихоходной. Мощность двигателя определил уверенно – немногим меньше ста лошадиных сил. Как они пеленгатор тянули, если собственную немноготонную массу он едва тащил, мне было непонятно. Одно то, что мехвод не перегрел движок, вызывало уважение к его профессионализму, у меня, пока я не приноровился, точно бы закипел.

Немного отвлекал от дороги треск помех в наушниках, капитан возился с настройками радиостанции в поисках немецкой волны, ему хотелось послушать, что происходит у противника.

– Товарищ капитан, вижу дорогу. Там следы волочения, видимо, тут они и свернули, – сбросив скорость, известил я увлекшегося Вечернего.

– Остановись, мы осмотримся, – тут же среагировал он.

Притормозив, не глуша машину, я тоже высунулся наружу, осматриваясь. Дорога была пуста, десантники, разминая отбитые на броне зады, веером расходились, прикидывая, как установить пост поестественнее и чтобы он не бросался в глаза.

Быстро подсчитав, сколько нам выделили людей, заметил Сергея. Я знал, что он уже управлял бронетранспортером. Видимо, его вместе с еще четырьмя бойцами в трофейной форме взяли как водителя.

Послышались шаги по броне. Ухватившись за тонкий ствол пушечки, на землю осторожно, держась за бок, спустился Вечерний.

– Старшина? – обернулся он ко мне.

– Я, товарищ капитан.

– Задом загони его вон на эту обочину. Мезенцев, ствол орудия направь на дорогу.

– А если они с другой стороны поедут, товарищ капитан? – поинтересовался я.

– Там разберемся, – отмахнулся Вечерний.

Заехав на дорогу, я развернулся на одном месте и осторожно задним ходом заехал на обочину, освободив проезжую часть. Теперь нос танка смотрел в ту сторону, откуда мы приехали.

Если кто поедет по этому так называемому шоссе, то он увидит стоящий к нему бортом танк, тем бортом, смотря с какой стороны он едет.