Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Почесав нос, я окликнул пару бойцов – нужно было вытащить тела из танка. С этим мы закончили быстро. Я оказался весь испачкан кровью, ее натекло – порядочно, и дышать внутри было тяжеловато. Меня начинало мутить."

"Подав тело последнего немца, которого бойцы сообща выдернули наружу, я подхватил запасной комбинезон, лежавший в одном из небольших ящиков, и вылез. Повесив найденный комбез на дуло пушки, быстро скинул форму и, прихватив ее, снова полез в танк. Нужно было протереть там все от крови. На это у меня ушло десять минут и фляга воды.

С удовольствием осмотрев чистое, окрашенное в светло-бежевый цвет боевое отделение, опять вылез и выбросил тряпки в пшеницу. Трупы танкистов уже закинули в кузов пеленгатора.

Оттерев руки, я подхватил неновый, но выстиранный комбез и натянул его, затем надел сапоги и подхватил с лобового листа шлемофон. Немцы использовали наши, ребристые. Правда, какие-то забавные, непривычные, без ларингофона, только с микрофоном на проводе.

Теперь я был в привычной форме.

Застегнув подаренный бойцами пояс с пистолетом, легко скользнул на место мехвода.

Двое отобранных в экипаж бойцов уже закончили и ожидали меня. Это оказались капитан Вечерний на место командира и заряжающего (бок не мешал ему сидеть в кресле и заряжать) и самый молодой в группе Рябова, рядовой Мезенцев, наводчик. Это он показал при стрельбе из зенитного орудия неплохие результаты. Пеленгатор – его работа.

Я забеспокоился. Если раненых положат на корму, то мы их быстро растрясем – амортизаторов нет.

Но оказалось, что танк был нужен командирам для захвата машины. Пусть попробуют не остановиться, снаряд быстрее, от него, дав по газам, не смоешься.

Система управления и приборная панель были примитивны, но и с ними мне пришлось повозиться. Я, конечно, успел изучить систему управления, когда отмывал тут все, но только сейчас пришлось проверять свои догадки в деле. Выжав сцепление, нажал на кнопку стартера. Мотор схватился сразу, мощно взревев. Я включил первую скорость и осторожно тронулся.

При открытом люке особых проблем с видимостью не было, поэтому, вернув танк на дорогу, я остановил его, ожидая приказаний.

Шлемофоны проверить успели все, так что общались с помощью ТПУ, благо танк имел систему внутренней связи.

– Так, старшина, возвращаемся туда, откуда этот танк приехал. Там проходит дорога, встанем в засаду и будем тормозить одиночные машины. Двигайся осторожно, у нас десант на броне.

– Ясно, товарищ капитан.