Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

После чего несколько минут переводил дыхание, прижавшись спиной к скале и вытирая пот с лица. Освобожденная парашютная система раскачивалась справа от меня, метрах в трех. Ветер как по приказу стих. Мельком глянув в глубь расселины, довольно усмехнулся – есть ход. Посмотрел вниз и тут же отшатнулся обратно: половина солдат продолжала держать брезент, а вот – вторая, – свободная, – целилась в меня из винтовок. Офицеры стояли в стороне, и один из них, тот самый майор, призывно махал рукой.

– Да ну на хрен! – выкрикнул я и метнулся от края, пребольно врезавшись повреждённым плечом в камень.

– Файер! – На этот раз злой крик майора прорвался через шум ручья.

Единственное, что успел сделать – это откатиться в небольшую нишу и свернуться калачиком, прикрыв правой рукой голову. Глупо, конечно, но от инстинктов никуда не денешься.

Заверещали многочисленные рикошеты, и что-то стукнуло в левую руку.

– Попали, суки!

– Файер!

Гадский майор успокаиваться не желал. Пришлось достать единственную гранату, заныканную неделю назад – выпросил её у старшины Степанова, когда встречался с ним и полковником Денисовым.

После третьего залпа ребристое яйцо лимонки полетело вниз, брошенное недрогнувшей рукой.

– Алярм! Гранате! – послышались крики, и почти сразу их заглушил разрыв.

Пока немцы приходили в себя, побежал по тропе, старательно выбирая, куда ставить ноги – не хватало еще сломать их или споткнуться.

Вися на скале, пистолетом я по понятным причинам не воспользовался – попробуй потянись за ним, сразу нашпигуют свинцом, но сейчас таких проблем не было, поэтому, достав маузер и с трудом взведя его одной рукой, осторожно двинулся дальше.

Далеко убегать не стал. За первым же углом плюхнулся прямо на камни и, положив рядом пистолет, стал осматривать себя, заодно потроша аптечку. Нужны были бинты и антисептик – у локтя обнаружилась рана.

К моему удивлению, ничего серьезного. Похоже, пуля ударила после рикошета, может быть, даже не одного, и не достала до кости. Я нащупал сплющенный кусочек свинца под кожей. Осторожно закатав рукав, осмотрел рану. Кровь текла слабо."

"Голова одного из «скалолазов» показалась, когда я уже почти закончил накладывать повязку, держа один конец бинта зубами.