Дурман

Муж отвечал без заминки, умудряясь при этом оглаживать ее тело, намыливая душистый гель.

Влада ожидала продолжение, и оно последовало:

– У Крюмер в плену я был сто пятьдесят лет назад. Первым этапом по нашему приручению были девушки. К нам специально подсаживали типа таких же невольниц, чтобы мы проникались к ним сочувствием. Я не исключение. Молодая, красивая девушка, попавшая в беду. Какой же мужик не пожалеет… Люди, загнанные в угол, стремятся друг к другу. Естественно, между нами что-то промелькнуло. Был секс. А потом девушку увели.

Я рвал и метал, думая, что с ней. Мне было ее жалко. Она вернулась через две недели. Я сразу заподозрил неладное. Вроде бы и одежда грязная та же, и лицо испачкано, и волосы взъерошены. А что-то не то. Интуиция волка меня не подвела. Потребовалось меньше часа, чтобы вывести ее на чистую воду. Она призналась, что работает с Крюмер, и ее цель зачать от меня ребенка.

Рука Севера добралась до лона Владлены. Девушка, поглощенная его рассказом, живо рисуя в воображении картину камеры, их двоих, отчаяния и боли, что витали в воздухе, не сразу отреагировала на легкие похлопывания Севера по внутренней стороне ее бедер – он требовал, чтобы она раздвинула ножки.

– Ты убил ее?

– Да, – таким же спокойным голосом ответил Север. – Она не была жертвой, не была пленницей. Она была соучастницей Крюмер.

– А родинки?..

– Я думаю, это не родинки. Кстати, надо будет у тебя проверить. Скорее всего, это тату.

– Тату? Серьезно?

– Да. Материал – кровь демонов. Ты не можешь быть дочерью той девицы, что спала со мной.

Это первое. Второе – поговорив с Никитой, я узнал, что точно такая же родинка была и у его «напарницы».

– Но ты так отреагировал…

– Эмоции, знаешь ли, – усмехнулся Север и скользнул пальцем между складок Влады. Та охнула и сильнее вцепилась в литые плечи мужа. – Ты-то ничего не знала и не понимала. А я уже знал – ты моя пара, хотя мне в это с трудом верилось. Столько лет один… И тут ты. Влада, естественно, моей первой реакцией была ярость. Несмотря на прошедшие годы, свежи воспоминания.

Эти три родинки. Одновременно сексуальные и… В общем, неважно. Разозлился я. И лишь чуть позже проанализировал, что да как.

Влада, чувствуя, как его палец распирает ее изнутри, вызывая дьявольски приятные ощущения, негромко отозвалась:

– Ты меня напугал… тогда. Я об этих родинках-тату и не знала. Но у меня есть одно детское воспоминание… Мы с бабкой как-то пошли в общую баню – это было лишь раз – и да, у нее что-то такое имелось на ягодице.