Баба Люба, давай!

Артефакт, на который накапали кровью Даинора, стал прозрачно-голубым.

— А разве он не должен стать синим? — нахмурилась Вильена.

— Поскольку крови принца у нас не было, мы использовали кровь Ливалиэль, — ответила наставница, — поскольку она кузина Даина, камень окрасился…

— Ливалиэль? — пораженно переспросила Люба, услышав знакомое имя, — жена эльфийского принца?

— Да, — кивнула Оника, — тетя Даина вышла замуж за эльфа. Ливалиэль — полукровка и тоже ведьма.

— Ничего себе новости!

Между тем подлинность принца подтвердилась, и все немного успокоились.

Во дворец принц и Люба прибыли вдвоем, но побыть вместе им не удалось. В комнату к девушке пришли Фель и Оника под отводом глаз, а потом и Ливалиэль с мужем, тоже тайно, конечно. Вновь обсуждались дела государства. Люба торжественно вручила ключ Даинору, и принц ушел в свою комнату посмотреть, что за сюрприз оставил ему менталист.

— Да там компромата на всю верхушку! — заявил он. — С ним мы прижучим и регента, и его прихвостней.

— Кстати, мне кажется, я догадалась о причинах такого поведения Шариана, — вдруг подала голос Оника, которая до этого нечасто вмешивалась в разговор.

Все посмотрели на опытную ведьму.

— У Вильены на сознании стоит блок, причем, явно видно, что этот блок поставила она сама.

— Что?! — изумилась Люба, — я сама от себя хотела что-то скрыть?"

"— Нет, скорее всего, ты хотела скрыть что-то от Шариана.

— Шариан сильный ментальный маг. Он мог этот блок ногтем сковырнуть, — засомневался Фель.

— Мог бы, если бы знал, что он стоит на её сознании. А он просто не проверил. Полагаю, что был уверен, что ведьмы в принципе не способны на него воздействовать, ибо слабы. Мужчины, особенно жистралийские мужчины, относятся к женщинам снисходительно, — объяснила Оника.

— Да так и есть! Мужчины тут вообще считают, что у женщин нет мозгов, — подтвердила Ливалиэль.

— И нам остается только этим пользоваться, — с хитрой улыбкой сказал эльфийский принц, бросив взгляд на свою жену.

— Оника, а ты можешь снять блок? Если да, то давайте проверим, — предложил Фелионор.

— Думаю, что могу, — кивнула Любина наставница, — но мне нужны время и тишина.