Баба Люба, давай!

Готовилась, планировала, думала о том, кого выбрать в этот день, но судьба сложилась иначе. Понятно, почему Шарион взял с неё клятву, понятно, почему они пришли в часовню ночью. Теперь пути назад нет.

— Согласна ли ты? — не дождавшись ответа, повторил жрец.

— Да, — хрипло ответила Люба.

— Тогда подпишите бумаги и идите.

Даже не читая, что там ей подсунул служитель, Люба поставила закорючку. Следом подписался лжепринц. Подписался именем Даинора. Шутка судьбы, ведь по закону именно Даин теперь её покровитель.

***

*Римский император Диоклетиан успешно правил государством более двадцати лет. Его правление было названо вторым золотым веком. Однако, в 305 году он отрекся от престола, и уехал в свое поместье. На попытку своих соратников убедить его возвратиться к власти бывший император ответил отказом, заметив, между прочим, что если бы они видели, какова капуста, которую он вырастил, то не стали бы приставать к нему со своими предложениями.

Глава сорок третья. Снова тюрьма

После подписания договора, менталист проводил Любу обратно в её комнаты, а сам удалился, пожелав приятных снов. Оформив над ней покровительство, Шариан фактически сделал её своей официальной фавориткой. И Люба прекрасно осознавала, что это — временно, пока ему не надоест играть с ней любовь. Первый порыв как-то договориться с ним или перевоспитать теперь казался ей глупостью. Если Шариан сам не хочет ничего делать для того, чтобы сохранить то хорошее, что в нем есть, то Люба бессильна тем более.

Как раз сейчас она изучала книгу о ведьминском влиянии. Мягкое воздействие на сознание с помощью силы, ненавязчивые разговоры, возможно, могли бы дать результат где-то через полгода работы с Шарионом, если бы он не был ментальным магом.

Все эти воздействия он, как оказалось, умело отсекал. Ведь понял же, что Люба недаром рассказала ему о римском императоре Диоклетиане, который отрекся от власти, о любви, дружбе и преданности.

Все оказалось зря, а ведь Люба не обдумывала эту мысль подробно, просто решила, что должно получиться само собой. Но, то ли принц поймал тень её мысли, то ли почувствовал направленную на него магию, не ясно.

Так она и заснула, обдумывая сложившуюся ситуацию.