В плену желаний

Терпкие поцелуи заглушали гортанные стоны, но, как только дерзкий язык коснулся ее соска, Таня громко вскрикнула и впилась ногтями во влажную кожу. Соскользнула и больно царапнула плечи.

Дымов оскалился, как разозлившийся хищник, и остервенело втянул сосок ртом. Покусывал, искусно играл языком, отмечая, как сильно она возбуждается от его смелых, слегка грубоватых действий. Он не сдерживал себя, видел, что она принимает правила его игры и получает от этого удовольствие. Стас и сам заводился не меньше от того, что она так близко, такая покорная и только его.

Вся. Целиком. Вновь приникнув к ее губам, очертил руками женственные изгибы ее тела.

Куликова, поддавшись внезапному порыву, резко отстранилась и, лукаво улыбнувшись, опустилась перед Дымовым на колени. Обхватила пальцами пульсирующий член и, накрыв губами головку, совершала круговые движения языком.

Стас глухо прорычал и уперся ладонью в стену, чтобы хоть как-то устоять на ногах. Он даже не предполагал, что самый обыкновенный минет может вызывать настолько яркие ощущения.

Дымов готов был кончить в ту же секунду, когда посмотрел на нее сверху вниз, но вовремя сумел взять эмоции под контроль. Придерживая Таню за голову, он задавал нужный темп и глубину проникновения, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Казалось, еще несколько мгновений, и он рухнет в пропасть. И только горячие струи воды, бившие в спину, оставляли его в реальности."

"Куликова наслаждалась процессом, ей нравилось доставлять удовольствие своему мужчине, наблюдать за его реакцией.

Возбуждение достигло крайней точки, она сама не заметила, как скользнула рукой к промежности и, раздвинув нежные складки, безошибочно нащупала чувственный бугорок. Массируя его двумя пальцами, Таня ощущала, как мышцы расслабляются и наполняются теплом. Ноющая боль внизу живота рассеивалась с каждым новым движением.

Поняв, что уже на грани, Стас отстранил ее и поднял за плечи. Резко повернул спиной к себе так, что она еле успела выставить ладони вперед, чтобы не удариться лицом о кафель.

Несколько раз провел членом по разгоряченному лону, дразня, нарочито изводя ее изощренными пытками. Услышав судорожный вздох, вошел именно в тот момент, когда Куликова ожидала этого меньше всего и, не сдержавшись, вскрикнула.

Почувствовав его в себе, Таня забыла, как дышать. Первые плавные движения сразу сменились жесткими рваными толчками. Дымов имел ее грубо, рьяно вдалбливаясь в стройные бедра, срывая громкие надрывные стоны, переходящие в настоящие крики.