Стечение обстоятельств

Видно, чем-то она меня задела. Так что имей это в виду.

— Спасибо. Очень трогательно, — суховато ответила Настя. — Сейчас направо на мост. Ты хоть понимаешь, что с тебя самого подозрение еще не снято окончательно?

— Ну что ж поделать, потерплю, — миролюбиво ответил Дима. — Хороший район, зеленый, тихий. Живешь здесь?"

"— Здесь родители живут. А я на Щелковской.

Прощаясь с Настей, Дима придержал ее за руку, вгляделся внимательно.

— А ты не меняешься. Все такая же девчушка в джинсиках и с длинным хвостом на затылке.

— Тридцать два, — улыбнулась Настя.

— Не замужем?

— Не смеши меня. Спасибо еще раз, что подвез.

Когда встал вопрос о размене квартиры, основным аргументом у Настиного отчима было то, что «трое бумагомарак на одной кухне не уживутся». Пока Настя училась в школе и в университете, а Леонид Петрович работал на практике, или, как говорят, «на земле», трехкомнатная квартира была наполовину завалена бумагами и рукописями Настиной матери, известного ученого-лингвиста.

Теперь Настя жила отдельно, на другом конце Москвы, но у родителей бывала часто, особенно с тех пор, как мать на два года пригласили на работу в Швецию. Леонид Петрович был в отличие от Насти человеком хозяйственным, обеды готовить не ленился, но самое привлекательное состояло в том, что квартира родителей находилась гораздо ближе от Петровки, чем Настино собственное жилье.

Уютно устроившись в мягком кресле, Настя смотрела, как отчим разбирает небольшой пластиковый пакет — мать с оказией передала посылку. Вынув маленькую плоскую коробочку, Леонид Петрович протянул ее Насте.

— Твои игрушки.

— Нет предела совершенству, — отшучивалась Настя. И вдруг спросила: — Пап, а кто такой Богданов?

— Богданов? Бывший начальник ГУВД Москвы. Ты в своем уме, родная?

От удивления Леонид Петрович даже выпустил из рук журнал по криминалистической технике, который ему прислала жена.

— Не тот. Богданов из академии, с кафедры организации расследования преступлений.

— А, — облегченно вздохнул отчим. — Знаю, конечно.